Витрина
Журналов

Стихия Красной домашней лисы №2

Комментарии
0

категория журнала | Литература

Вы слышали нежность в тихом шепоте ноября? В шорохе резных кленовых листьев, в трескающейся тонкой корочке льда на лужицах, в прохладном ветре, заставляющем вас прикрывать лицо варежкой и спешить к дому. Вы думали ноябрь гонит вас с улицы? Нет, он торопит вас. Он хочет, чтобы вы как можно скорее очутились в тепле и смогли обнять своих родных.  
 
Красные гроздья рябины стучатся в оконное стекло. Совсем скоро их покроет первый легкий снежок. В камине, потрескивают поленья. На столе дымится тарелка фирменного маминого супа. Отец нарезает свежий хлеб и как всегда шутит. Бабушка улыбается; не бросает вязания, отсчитывает петли. Она хочет успеть до трескучих зимних холодов. Хочет, чтобы у меня была новая теплая кофта. Она окажется великовата и будет иметь не самый приглядный цвет, а большие круглые пуговицы сделаются причиной сдавленных смешков. И кофта займет свое место на полке в шкафу только потому, что не захочется обидеть старушку.  
 
И кто в тот момент сможет сказать, что спустя всего пару лет эта кофта впитает в себя слезы и горечь утраты, что станет самой любимой и самой красивой одеждой. Это случится тогда, когда врач, выйдя из операционной и виновато опуская глаза, выразит соболезнование.  
 
И тот дом у реки, пропитанный запахом бабушкиной выпечки, вмиг опустеет...  
 
Стены еще хранят тепло семейного очага, а мать уже готовится выставить дом на продажу. Отец подсчитывает возможную выручку. Они думают, как сделают ремонт в квартире, как купят новый телевизор...  
 
Дверь хлопает. Ноги сами несут дальше, к берегу, к мостику. Не надо! Я не хочу этого больше слышать! Бабушкин подарок согревает тело, а душа распадается на тысячу мельчайших ледяных осколков. Слезы жгут щеки, стынут на ноябрьском ветру, качаются верхушки деревьев. Они словно сочувствуют, а может... прощаются... Настанет день, и больше я ничего этого не увижу. Память о бабушке сотрется в пепел, его развеет ветер здесь, над этой серой быстрой рекой.  
 
– Плачь, если тебе плохо. Я просто посижу рядом. Позволишь? – ты подошел неслышно, опустился на поваленное грозой бревно.  
 
Мне было неловко, но не прошло и пяти минут, как я выла, уткнувшись в жесткую ткань камуфляжной куртки. А сильные руки нежно гладили мою спину. Потом ты сказал: "Посмотри, солнце появилось! "  
 
На воде мерцали золотистые блики, высокие деревья напоминали коронованных особ. Странно, но душа будто начала собираться воедино. И стало тепло. Как по весне...  
 
Я звала тебя Нежный Ноябрь. Не потому что у тебя не было имени, а потому что ты вобрал в себя все то, что было мне когда-то очень дорого. Ты варил ароматный глинтвейн, пытался напечь пирожков по особому бабушкиному рецепту, ты увел меня в сказочную осеннюю страну. Там жили модники-танцоры, носившие яркие одежды и исполняющие каждый день новые танцы, ансамбль "Дождь", что напевал нам романсы долгими вечерами, и зануда-ветер, которому порой становилось скучно, и он бился о черепицу, сталкивал танцоров в реку и мешал ансамблю исполнять песни, сбивая с такта.  
 
А мы просто были счастливы. Счастливы, сидя у камина в шерстяных носках и посмеиваясь над несмешными экранными шутками, счастливы под колючим пледом, запомнившим нашу любовь и сохранившим жар наших тел. Мы просто были счастливы в этом ноябре.  
 
Ты обещал мне присматривать за домом бабушки. И я верила тебе. Верила, пока ты не прислал мне электронное письмо:  
"Дом продан. Но ни о чем не беспокойся.  
Твой Нежный Ноябрь".  
Слезы, одна за другой, падали на клавиатуру. Текст письма на экране ноутбука слился в одну бесформенную черную точку. Ты не сдержал обещания, мой Нежный Ноябрь...  
 
Ты пропал и больше не писал мне. И я не видела в этом смысла. Все осталось в прошлом. Когда-нибудь все остается в прошлом. И только время стирает болезненные воспоминания. Или только притупляет? Они, воспоминания, не хотят уходить; они рвутся наружу, забирая с собой маленькие частички сердца. Валериана, крепкий кофе, сигарета с ментолом, беспокойный отрывистый сон и работа-работа-работа... И странное ощущение того, что рябина за окном, бабушка со своим вязанием, отцовские шутки и мамин борщ были лучшими мгновениями в твоей жизни. И где-то таи остался ты, мой Нежный Ноябрь.  
 
Так незаметно пролетает год. И снова ноябрь. Плечо натирает ремешок спортивной сумки. Знакомая тропа ведет меня к берегу реки, где я мечтала, грустила, ненавидела и любила. Я дала себе слово вернуться и узнать, что стало с домом бабушки, кто его новый владелец?  
 
Я слышу стук топора. Из трубы валит дым. Дом не изменился. Все те же шторки на окнах, все тот же замок на калитке... А ведь я прихватила с собой ключ. Я вхожу, и меня охватывает чувство, что никогда не покидала этих мест, что ничего не менялось в моей жизни.  
 
Ноябрь. Мой Нежный Ноябрь. Ты стоишь напротив, сложив руки на груди.  
 
– Я же обещал присмотреть за домом. И я знал, что ты вернеш
– Я же обещал присмотреть за домом. И я знал, что ты вернешься. Добро пожаловать! Я ничего не стал здесь менять, знал, как важна для тебя память.   как важна для тебя память.  
 
Сильные родные руки сжимают меня в объятиях. Я прячу лицо на его груди и реву как младенец. Он нежно смахивает слезы с моих щек, протягивает мне платок.  
 
– Идем пить чай, – улыбается он.  
 
И я просто люблю эту улыбку. Улыбку моего Нежного Ноября.