Витрина
Журналов

Современник №21

Комментарии
2

категория журнала | Жизнь

Современник №21

О людях живущих рядом с нами

Бренд: Современник

Автор: Ольга Черникина

Дата издания: 22.11.2017

Предисловие.
Ночной звонок разбудил меня, как раз на самом приятном событии сна. Жена находится в отпуске с ребенком. Первая мысль, которая может прийти в такой ситуации: «Что-то случилось с ребенком? Наверное, заболел?» Снимаю трубку, не могу понять кто звонит:
- Алло, Вы кто? Ошиблись номером!
- Артур! Не признал? Это я, Стас! Еще называется однокурсник.
- Стас? Ты откуда ночью? Я рад тебя слышать.
- Это у тебя ночь, а у меня уже утро. Ты прости, что разбудил. Помощь нужна. Позвонил, а потом сообразил, что разница в семь часов. А я во Владике на Морфлоте. Как после училища направили, так тут служу. А ты слышал ушел?
- Да. Работаю в большой логистической фирме. Помощь какая нужна?
- Слушай, мне просто некого попросить. Мне отец приглашение выслал в Алжир, а посольство только в Москве. Ты не мог бы по доверенности получить визу. Там уже все готово. Хочу с семьей съездить повидать, кто знает, как дальше жизнь сложится. Я понимаю, что тебе из Питера не очень удобно, но ближе чем мне.
- Хорошо, все равно в отпуск собираюсь. Моя отдыхает у матери, а потом я поеду. Вместе не получилось съездить.
- А не хочешь ко мне слетать? Икрой накормлю, рыбой. У вас такой нет.
Я представил карту нашей Великой Могучей Непобедимой Родины. Не представляю ни одного уголка, как она выглядит. Ну очень заманчиво! В трубку объявил:
- Готовь свою рыбу с икрой приеду. Поездом к тебе, а самолетом обратно. Хочу посмотреть, что она представляет из себя Родина.
У Стаса мама русская, а отец португалец. Познакомились в Москве. После института уехали в Алжир, где проживало несколько поколений отца. После училища жизнь разбросала по разным точкам. Многие ушли со службы. Как Стас таких мало, преданных своей мечте. Я замотался в своих жизненных проблемах, отошел от однокурсников. Хорошо, что он мне позвонил. Мне идея очень нравится. Вышлет доверенность, получу в Москве визу и через всю страну махану к Стасу. Доверенность пришла через пять дней. За это время я успел «договориться» с женой, купить билеты, изучить карту. По началу жена испугалась, что я уезжаю «на край света», а потом поняла, что спорить бесполезно. Меня манят неизведанные просторы! Меня уже не удержать. Тем более, что в отпуске я не был два года. Сначала фирма образовалась, нужно было все настроить, а потом расширялась. Сейчас я чувствую, что мне нужно отдохнуть. Вспомнились однокурсники, наше Нахимовское училище. Я открыл телефонный справочник, обзвонил ребят. По дороге встретиться могу только с Ленькой в Москве, Сашкой в Новосибирске и Андреем в Хабаровске. Я их не видел десять лет. Почему мы не встречались? Не могу объяснить. Я поддерживал связь только с Ленькой. Мы часто встречались в Москве, когда я приезжал в командировку. Он то же было хотел рвануть со мной, но потом передумал. Сказал: «Вот съездишь, расскажешь, тогда и я может рискну!» Ленька работает в топливной компании на высокой руководящей должности, поэтому не так просто вырваться из круга забот. Хотя сказа «рискну», чтобы проехать по своей стране нужно рисковать? Прирос наш Ленька к Москве. Вот раньше страна дала клич «Даешь БАМ», все студенты там. А сейчас съездить к однокурснику – рискнуть нужно. Я рискну, надеюсь не пожалею. Меня ждет такси. Называется – дождался!

1. Впереди Москва
Таксист южной национальности, едет молча. Пытаюсь его разговорить:
- Ты, друг от куда?
- Я из Дагестана с Хасавьюрта, слышал такой?
- Кто ж его не слышал? А ты, что не дома, тут работаешь? Тут лучше?
В глазах пробегает искорка злобы, потом обиды. Он повышенным тоном говорит:
- Я тут мешаю? Я работаю честно. У меня трое детей, чем их кормить, если работы нет? Вам тут местным хорошо: квартира, работа.
- Извини, я не хотел тебя обидеть! Смотрю грустный, решил просто поговорить. Скоротать дорогу. Не сердись.
- Да, не на тебя сержусь! На жизнь сержусь. Думаешь мне тут легко? Там у меня все: родители, сестры, братья, дяди, тети. А тут один. А там работы нет. Молодежь идет в ИГил от хорошей жизни? Там специально строят мечети специальные люди. Не те мечети, нет. Они свои строят. А молодежи куда идти? Идут туда.
- Нужно, что-то делать. Жизнь налаживать.
- Как будто ты не знаешь. что в России живет только Москва и Питер? Я вот ипотеку взял, однокомнатную квартиру купил. Сыну старшему сказал: «Она твоя.» А у меня трое. Все будет хорошо, дай Аллах им только здоровья. Все приехали. Вы то куда?
- Я в Москву.
- Ну счастливого пути! Не сердись друг.
Он совсем не испортил мне настроение. Замечательный мужик. Семья видно хорошая. Дай ему бог здоровья вырастить троих детей. На Московском вокзале Санкт-Петербурга всегда много посетителей: отъезжающие, встречающие, провожающие и прочие личности. Прочие личности – это особая каста, которая занимает особое положение на всех вокзалах страны: бомжи, воры, кидалы и прочая «нечисть». Я не люблю посещать такие места, только по очень большой необходимости. На мой поезд уже идет посадка. Я подошел к вагону. Проводник проверил билеты. Я прошел в вагон. Я специально взял билет на ночной поезд, мягкий сидячий вагон. Ночной, потому что поезд прибывает утром, мне не надо будет ждать Леньку. А сидячий, потому что еще предстояло ехать из Москвы семь суток. Я взял с собой планшет. Много места не занимает и заскучать не даст. Рядом со мной расположился интеллигентный мужчина, а напротив немолодая женщина с юношей лет шестнадцати. Не успев присесть, все уткнулись в гаджеты. Проводники то и дело предлагали напитки, а через два часа принесли обед. Интеллигентный мужчина обратился ко мне:
- Вы в командировку?
- В командировку. А Вы?
Я соврал. Мне было стыдно говорить, что я «ненормальный» отправился на «край света».
- Я живу в Питере, а на работу езжу в Москву. По моим данным, к сожалению, работы тут не нашлось.
Я хотел спросить, какими такими данными обладает личность, но решил не заморачиваться. Правду все равно не скажет. Мне показалось, что ездить на работу в Москву еще более не нормальным, чем съездить к однокурснику в тьму тараканье. Я добавил:
- В Москве у меня дела, а затем сразу еду поездом во Владивосток. Хочу посмотреть страну.
Интеллигент приподнял очки и выдохнул:
- Вы, что не нормальный? Зачем Вам это надо? Самолеты же летают.
А юноша заинтересовался:
- Как здорово! Я-то же хочу посмотреть страну. Я даже не представляю какая она за МКАД.
После слов интеллигента мне говорить не хочется. Я тихо ответил юноше:
- Я-то же.
Все снова уткнулись в гаджеты. Я иногда поглядываю в окно вагона. Светает. Виднеются заброшенные дома, лесовозы, вывозящие лес фонам. В окрестностях Москвы виднеются дворцы. Сколько раз посещаю Москву, всегда удивляюсь огромному различию окрестностей «двух столиц». Насколько мой город живет беднее. Что там говорить, хоть бы метро расстроили, да и кольцевую нужно еще одну – город просто задыхается. Чувство обиды всегда меня посещает при каждой поездки в Москву. Вот и столица нашей огромной Родины, которую мне предстоит посмотреть из окна вагона поезда. Москва встретила прохладой. На выходе из Ленинградского вокзала меня ждал Ленька. Он сидел в своем новеньком Форд Мондео. Он никогда не оставляет тут свой автомобиль, иначе таксисты могут порезать колеса. Как будто и не расставались.
- Привет, Лень!
- Привет, Артур! Рассказывай, как ты надумал попутешествовать.
- Ты, знаешь, вот как-то так. Ну в общем я подумал, что я в жизни ничего не видел.
- Ты меня пугаешь. Как это не видел? В сколько стран объехал? Кажется, что-то около пятнадцати.
- В странах то был, а Родину, большую Родину не видел. Понимаешь живем, что-то всегда нужно: машину, квартиру побольше, на спектакль, костюмчик. А, что мы знаем о том, где мы живем? Мне хочется узнать, что там.
- Узнаешь, а сейчас вон посольство. Иди получай визу нашему Стасу. У тебя поезд во сколько?
- Ночью. У меня куча времени.
Я направился в посольство. К удивлению, меня уже ожидали. Все прошло очень быстро, без всяких заморочек. Вернувшись, я радостно протянул:
- Ну, чем меня друг порадует в оставшееся время перед дальней дорогой?
- Все хорошо? Сообщи Стасу, что б не волновался. А мы едим к моей маме. Она ждет тебя с пирогами. Любит она тебя.
Через минуту добавил:
- Меня все равно больше.
Мы посмеялись. Мама у Лени просто замечательный человек. Семейный ресторанный бизнес позволяет держаться на уровне. Но были в их семье тяжелые времена о которых не любят вспоминать. Бывая в Москве, я всегда останавливаюсь у Леньки. Мама любит меня за мою сдержанность и умение выслушать. Ленина мама, как всегда, встретила меня радушно:
- Артур, дорогой проходите.
- Не беспокойтесь, Нина Георгиевна.
- Артур, мне Леня рассказал, что Вы собрались во Владивосток. Это правда? Вы смелый! Прочла Карнеги «Как перестать бояться и начать жить». Спасибо за книгу. Интересно, но к нашей жизни не совсем применимо. Но кое-что возьму на заметку.
- Я Вам новую книгу привез. Это Робин Шарма «Монах, который продал свой «Феррари»».
Я протянул книгу.
- Спасибо. Давайте обедать.
Стол накрыт. Я замечаю, как поданы блюда:
- Как красиво украшены блюда. У вас всегда вкусно, но что бы так красиво. У вас праздник?
- Нет, Артур. У нас помощница по дому Гуля. Решила взять, не успеваю. А книга с интригующим названием. Завтра же прочту. Вот так бы те, которые сегодня на митинг вышли. Такие молодые, что им не живется. Я переживала, что к дому не подъедите. Леня, как ты подъехал?
- Нормально. Какая демонстрация?
- Гуля рассказала. Ее чуть не задержали. Молодые люди вышли с плакатами. Вот скажи Артур, что не живется молодежи? Учиться нужно, работать. Не понимаю зачем это нужно. Сейчас свобода выбора – хочешь иди работай, хочешь свое открывай. Мое мнение – ленивые. А , что у нас Артур думает ?
- Я не знаю с какими они плакатами вышли, что они хотят. Но, если бы была демонстрация за развитие моего города – я бы пошел.
- Артур, ты что? У вас и так культурная столица. Все любят Санкт-Петербург. Разве у вас дома не строятся?
-Строится, только недостаточно развивается. У вас по ТВ: «построили развязку, построили объездную, сдали станцию метро» и так далее. А у нас даже не говорят. Новые кварталы находятся далеко от метро. У меня постоянно опаздывают на работу. Говорят, в автобус не сесть, чтобы добраться до метро. Было бы метро, было бы намного проще. Не хватает второго кольца. В центре стоят дома, которые не реставрируются. Как раз хочется, что бы мой город был настоящей культурной столицей, а жителям жилось удобно.
Нина Георгиевна заулыбалась и ласково сказала:
- Артур стареешь. Мальчики я вынуждена вас оставить. Сегодня в театр иду. Леня, Гуля приготовила пакет для Артура. Там овощи, фрукты, сырокопчёная колбаска. Не забудь, прошу. Я убежала.
После ухода мамы, Леня спросил:
- А ты действительно пошел бы на митинг?
- Конечно нет, но так обидно за город.
- Мне тебя не понять.
Ленька проводил меня на Казанский вокзал. По «клиентуре» он похож на Московский в Питере. Объявили посадку.
- На обратном пути заедешь?
- Нет, я самолетом полечу. На работу нужно. Созвонимся.
2. Впереди Новосибирск.
Вот начинается мой путь в неизвестность. В Новосибирске я встречусь с Сашкой. Александр крепкого телосложения, просто настоящий сибиряк. Мы вместе отслужили на Северном флоте после училища пять лет, а затем его перевели на Черноморский флот. А после службы он уехал к родителям. До встречи с Сашкой у меня трое суток. Я расположился в купе. У меня нижнее место. Специально брал именно нижнее место, чтобы смотреть в окно поезда. Купе отличное, нижнее места мягкие диваны. В купе находятся пассажиры: пожилая женщина, средних лет мужчина и парень студенческого возраста. Женщина полного телосложения с красивыми темными аккуратно уложенными волосами прервала молчание:
- Давайте знакомиться! Меня зовут Мария Сергеевна. Еду до Иркутска.
Мужчина, сидевший рядом, неохотно добавил:
- Николай. Я до Екатеринбурга.
- Артур. Еду во Владивосток.
Все повернулись к молодому человеку, сидящего со мной. Он наконец увидел пристальные взгляды, оторвался от своих мыслей, быстро сказал:
- Юра. Домой в Киров еду.
Мария Сергеевна достала пакет. Попросила:
- Вот и познакомились. А теперь мужички выйдите пожалуйста из купе. Я переоденусь. Спать будем. Утро вечера мудрее.
Мужская часть вышла из купе. Мимо прошла высокая красивая блондинка. Она зашла в соседнее купе. Я с Юрой переглянулись. Поезд тронулся, и блондинка вышла из купе. Мы невольно оглядели ее с ног до головы. Я подошел к ней. Очень хотелось поговорить с такой красотой. Девушка оказалось из неробких. Она первая заговорила со мной:
- Привет, меня зовут Светлана. Я еду в Екатеринбург. Ты откуда и куда?
- Я из Санкт-Петербурга, а еду во Владивосток.
Я замолчал. В это время открылась дверь соседнего купе. Три кавказских парня пригласили Светлану в купе:
- Иди дорогая к нам. Мы уже все переоделись. Иди поиграем.
Светлана многозначительно посмотрела на меня.
- Вы не хотите присоединиться поиграть в карты?
- Нет, я не играю. А Вам удобно там будет? Можем поменяться местами.
- Ну, вот еще чего. Мне и там хорошо.
Наша дама переоделась, наши мужчины зашли в купе. Я тоже зашел. Под стук колес, после насыщенного дня сразу заснул.
Сквозь сон слышал. Как останавливался поезд, объявляли название поезда. Снова засыпал под стук. Утром проснулся рано. Поезд стоял. Посмотрел в окно, но ни чего кроме вагонов не увидел. Мария Сергеевна уже пила чай. Увидев мою суету, она сказала:
- Кострома. А Вы во Владивосток зачем?
- Я еду к однокурснику.
- Хороший однокурсник, если в гости едешь.
- Да, хороший.
- А я вот в Москву приезжала за товаром. На пенсию не проживешь. Как начала в девяностые, так остановиться не могу. Уже давно бы бросила, тяжело. Плохо жить не привыкли, а пенсия совсем мизерная. Как на нее можно прожить? У меня много не получается, так для поддержки штанов. У людей денег нет. Приходится кому в долг дать. Кому в рассрочку.
- Может, Вы не тем или не там продаете? Может нужно приподнять шаги для расширения высокооплачиваемой клиентуры?
- Слова то какие. А где ту клиентуру найти, если работы нет. Все живут только подсобным хозяйством и пенсиями бабушек.
Я не стал спорить. Зачем спорить с пожилым человеком. В окне мелькают смешанные леса, поля, деревеньки. Я заказал чай. Достал сумку с деликатесами Нины Георгиевны. Предложил попутчикам в купе. Николай отказался, а Юра с удовольствием присоединился к пище и разговору:
- Вот, Вы говорите, что клиентуру искать. У нас в Кирове тоже работы нет. Вернее, она если есть, то низкооплачиваемая. Молодежь туда не идет.
- А ты не пробовал сам реализоваться. Например, бизнес открыть?
- На что я открою? Мне жрать не на что. Я не один такой. Я ездил в Москву на митинг, как представитель от Кировской области. Таких, как я было около тысячи.
- И что, вы хотите? Я не верю, что нельзя ни чего предпринять, чтобы заработать на хлеб.
К разговору подключился Николай:
- Артур, Вы не поймете. Вам не понять, потому что Вы не были в такой ситуации. Я часто бываю в Екатеринбурге по долгу службы. Завод работает с нержавейкой. Делают разного рода товары. Не реализовать. Сократились до минимума. Зарплату задерживают. У людей семьи. Каждый день нужно накормить детей.
Нина Георгиевна добавила:
- Это только у тех все хорошо.
Она показала пальцем в потолок. Продолжила:
- Вон показывали, девка какая-то на машине сбивала людей, отец платил. Ее даже судили, а ей все равно. Вот им все можно. Раньше миллионами воровали, а теперь миллиардами. И самое главное им ничего не бывает. А мы кому нужны?
Все замолчали. Я вышел из купе. В соседнем купе слышался смех. По-видимому, у красавицы все хорошо. За окном мелькают леса, реки. Я любуюсь пейзажами. Красотища неописуемая. Вышла Светлана.
- Старые знакомые. Зря не согласились вчера присоединиться. Было весело.
- Я рад за Вас. Как успехи в карточных играх?
- По-разному.
От нее пахло алкоголем. Мне стало не приятно. Я зашел в купе. Там все спали. Так под стук колес бежит время, а я приближаюсь к назначенной цели. Не стал тревожить. Ушел в ресторан-вагон. Ранее не приходилось кушать такой еды: очень жидкие щи с капустой, котлеты почти без мяса. За отсутствием лучшего, годиться и такая горячая пища. А может и правы мои попутчики. Не испытал я тяжести жизни. Никогда не буду ни Юрием, ни Николаем, ни Марией Сергеевной. Мне ближе образ Нине Георгиевны. Появился Юрий с сумкой. Увидев, мой удивленный взгляд сказал:
- Спасибо Вам за харчи. Мой совет – подумайте о том времени, когда сменится власть. Удачи Вам. Хорошей дороги и попутчиков.
Поезд затормозил, мы остановились в городе Киров. Юру встретила девушка. Оба они одеты по-простецки. Она его так нежно обнимала, что я даже позавидовал. В эту ночь к нам никого не подселили. В соседнем купе слышался смех. Я чувствую смятение внутри, но не могу понять происхождение. Мысли путаются под стук колес. Я заснул. Проснулся рано утром. Мария Сергеевна уже пьет чай. Николай одет.
- Подъезжаем к Екатеринбургу. Вон Николай уже собрался. Проводница приходила, спрашивала желающих в душ. После Екатеринбурга включит.
Поезд остановился на первом пути. Светлану встречал парень с огромным букетом белых роз. Мария Сергеевна, заметив мой заинтересованный взгляд, сказала:
- Вот попадаются же стервам такие хорошие парни. Смотри какой букет он ей притащил. Мне такой никто не дарил. А ее всю ночь жамкали. Пожалуйста такой букет.
Она вздохнула и продолжила чаепитие. В купе зашли два молодых семинариста. Они молча сели по обе стороны двери. Я решил угостить ребят. Достал остатки от передачи Нины Георгиевны. Предложил:
- Ребята, угощайтесь.
Они замотали головами. Я настойчиво смотрел на обеих.
- Давайте, давайте! Не стесняйтесь.
Они сдались. Быстро умели все остатки. Я спросил:
- Ребята в куда направляетесь?
- Мы едим в Омск с семинарии.
Они взяли по молитвеннику, так считай и просидели молча весь день. За окном мелькали березовые рощи. Такой красоты я еще не видел. Кругом березы, как в мультфильме «Алеша Попович и змей Тугарин». Я принял душ. Совсем неудобно мыться под раскачку поезда. Но мне стало легко, как будто смыл с себя несколько килограммов. Поинтересовался у семинаристов:
- Ребята, а вот вы скажите мне интересно – вы сильно верите в Бога?
- Конечно верим.
Они принялись рассказывать о значении веры для человека, о святых, о необходимости прихода в церковь. Если бы им не выходить, так бы продолжили рассказы. Когда они вышли, Мария Сергеевна сказала:
- Вот задурили башку ребятам. Сейчас пропаганда по всем каналам. Все сразу уверовали в Бога. И эти ходят туда же. Воруют и ходят. Грехи замаливают. Истинно верующий человек разве будет хапать. Вон Кронштадтский –все раздавал. Хотят всех верующими сделать. Верующими проще управлять.
- А я думал, что Вы верующая.
- Верующая. Я людям стараюсь помочь. А они от людей последнее забирают. Давай спать.
Утром меня ждет встреча с Саней. Под стук колес я быстро уснул. Утром проснулся от шума в коридоре. Открыл глаза, а соседка по-прежнему пила чай. Сообщила:
- К Новосибирску подъезжаем. Вон народ на выход собирается.
Я быстро встал, пошел умылся. В окне виднелся пригород Новосибирска. Новые высотные дома, развитая инфраструктура выгодно отличала город от других городов, которые мы уже проехали. Вот платформа. А вон Санька. Я узнал его по его кудрям. Выскочил на улицу. Он меня сразу узнал. Мы обнялись.
- Сколько лет, сколько зим. Я рад тебя видеть, Артур.
- Я тоже рал тебя видеть. Ты как, что делаешь, женат?
- Да все нормально; не женат, детей нет, свой автомобильный бизнес. Зачем они мне? Я вон какой крепкий мужчина, в самом расцвете сил. Сейчас эмансипация, а мне хочется нежную жену, мать моих детей. Зачем мне мужик в юбке. мне на работе хватает. Вот сумки с гостинцами от родителей моих тебе в дорогу.
Время промчалось, как секунда. На прощание Санька сказал:
- Увидимся еще или нет не знаю. Даст Бог свидимся. Только самое для меня дорогое время тогда, в нашей юности. Передавай Стасу привет.
3. Путешествие продолжается.
В купе сидели новые попутчики: мужчина презентабельного вида лет сорока и девушка лет тридцати, похожая на учительницу. Новые попутчики располагали, мне захотелось сделать, что ни будь приятное. Из сумок, врученных на перроне Сашей, достал курицу-гриль, пирожки, огурчики, колбасу, конфеты. Предложил угоститься всем моим попутчикам. Все сначала отказывались, но запах еды сделал свое дело. Мария Сергеевна, уплетая пирожок с мясом, представила новых попутчиков:
- Это Антон Аркадьевич, а это Юленька.
- Очень приятно.
За хорошей едой и хорошие разговоры. Я поинтересовался:
- А вы куда?
- Мы до Красноярска. Домой едим.
- В командировку приезжали?
У меня в голове сложилась картинка: любовники отдыхают в Новосибирске. Мне стало стыдно от своих мыслей. Не знаю людей, а сужу. Вот действительно семинаристы рассказывали притчу о блуднице. Сам то же был грешен. Поэтому и поездку пришлось «согласовывать» с женой.
Антон Аркадьевич ответил:
- Нет, на суд приезжали. Хотя, это то же командировка. Только все безуспешно.
Мария Сергеевна выпалила, как из винтовки:
- Посадили?
Антон Аркадьевич улыбнулся, продолжил:
- Суд арбитражный. Никого не посадили. Судились по поводу контракта. В наше время бизнесу трудно. Что бы получить контракт, нужно его разыграть, а что бы играть в торгах, нужно обеспечение предоставить. Деньги я вам скажу не маленькие. Во время торгов начинается падение. Бывает пятьдесят и шестьдесят процентов. Понятно, что существует договоренность. Там в итоге даже на зарплату не остается. И причем везде так. У меня друг в Белгородской области.
Я перебиваю:
- Гремит на всю Россию по мясу, хлебу.
- Там дышать не чем. Понастроили свинарников. У частных хозяйств свиней объявили болезненными. Ходили по дворам сжигали. Специально. Что бы развить свинофермы вышестоящих. Что б конкуренции не было. Вот мы съездили на суд, не знаем, что дальше делать. Придется закрываться, а людей увольнять.
Мимо прошли полувагоны с металлоломом. Антон Аркадьевич кивнул головой в их сторону:
- Вот тоже вывозят за границу. Поднимают экономику за рубежом. Руду добывать не надо. Готовый металл поступает. А потом нам продают. Точно так же и с лесом. За что ни возьмись – все едино. А Вы куда?
- Я решил родину посмотреть. Во Владивосток к однокурснику еду.
- Дальше все хуже и хуже будет. Сами увидите.
В окне мелькали облезлые деревеньки. Не понятно, живет ли кто там? Живет. Бабушка на коромысле воду несет. Бедная, как она справляется? Старая уже совсем. Природа завораживающая. Никогда не видел столько берез. Красота! Взгляд бы не отводил, если б не встречались заброшенные деревеньки и облезлые поселки, в которых жизнь по-видимому еще теплится.
Юля повернулась ко мне:
- А, Вы никогда не задумывались куда исчезли люди?
У меня глаза «вылезли из орбит». Юля заметила мое удивление, продолжила:
- Деревни, почти все разрушенные. По началу можно подумать, что они уехали в город. Но в городе их то же нет. Ну да, приехала какая-то часть. но это не столько, сколько было в селах до перестройки. Только не надо говорить, что перестали рожать. Просто не кому рожать. Я юрист, наблюдаю, как люди перестали пользоваться медициной, юридическими услугами. Все ходят без зубов. Стыдно за страну. Или по-Вашему – выживает сильнейший?
Я никак не ожидал от такой хрупкой девушки в очках услышать резкое не понятное мне высказывание о нашем бытие. Я спросил:
- А, Вы откуда знаете, сколько было до перестройки?
- Бабушка в селе жила.
За разговорами проехали Ачинск. Все белым бело от цемента. Я спросил:
- Так всегда?
Юля ответила:
- Да, люди, когда умирают, у них легкие зацементированы.
Появился пригород Красноярска. Наши попутчики вышли. В купе зашли две девушки курсантки училища полиции. Молодые совсем юные хохотушки. Они сами представились:
- Меня зовут Настя, а это Нина.
Мария Сергеевна ответила за нас обеих. Спросила:
- Доченьки, а вы куда?
- Мы в Решеты.
Мария Сергеевна покачала головой, запричитала:
- Ой, такие молоденькие. На зону разве можно отправлять таких молоденьких. Вы, там аккуратнее. Берегите себя.
Девчонки переглянулись. Я предложил им гостинцы из Новосибирска. Они сразу согласились. Мне импонировал их простой не затейливый характер. Они поглощали пищу и смеялись. Со стороны было приятно наблюдать за их непосредственностью. Поинтересовался:
- Как вам живется?
- Нам? Хорошо живется.
Они засмеялись. Я подумал, что хоть кому-то хорошо живется. Когда они вышли. Я поделился с Марией Сергеевной своей наблюдательностью:
- Хорошие девчата.
- Сейчас хорошие. Поработают в зоне, огрубеют. Там ломают характер. У меня племянница в зоне работает. Тоже, так же смеялась. Теперь кроет по чем зря. Работы нет, утраиваются кто куда может. Мы худшие времена переживали и эти переживем. Обидно только, что работаешь, работаешь, а пенсия мизерная. Да, хоть бы этих не показывали. Кто сколько своровал, лучше бы не знали. Зачем народ злить? Показывают: схватили, арестовали и выпустили. А бабка хлеб взяла посадили. Нужно много воровать, вот так вот!
- Что Вы все только о плохом, неужели хорошего мало?
Я вспомнил работу, дом. Никогда не слышал столько негатива. Наверное, попались такие попутчики решил я. В окне мелькали разрушенные временем деревни. Вот пришло время выйти моей попутчицы. Я решил выйти с ней на перрон, помочь вынести закупленный в Москве товар.
На перроне, так же как везде по всему протяжению дороги, бегали люди с корзинками, лотками. Они кричали во все горло: «Кому пирожки с мясом, капустой, картошкой.», «Кому рыбку забайкальскую».
Мария Сергеевна повернулась ко мне, взглянула грустными глазами, выдохнула:
- Спасибо тебе сынок! Здоровье тебе. Смотри бегают, кричат, а когда-то работали. Думаешь им нравится зарабатывать так на жизнь. А получаются не такие уж большие деньги. Это так для поддержки штанов. В советское время, хоть его и хают, но сидели бы они дома с внуками получали достойную пенсию, ездили бы по курортам. Ты не серчай, у вас там жизнь другая, вам нас не понять. Прощай.
Она покатила свой груз на тележки в сторону вокзала.
Я зашел в вагон. Меня разрывало противоречивое чувство. В купе зашел подполковник сухопутных войск. Я с облегчением вздохнул. Наконец то мне попался адекватный попутчик. Он поинтересовался у меня о пункте назначения. Он оказывается едет в Сковородино. Затем он достал бутылку коньяка и предложил по маленькой. Я не отказался. Мне захотелось забыть все эти разговоры о трудностях, не устроенной судьбе. Я достал остатки еды с Новосибирска. Мы выпили. Я поделился с ним своими мыслями:
- Попутчики попались, какие-то недовольные. Устал. Наверное, зря поехал поездом. Надо было в Турцию мотануть, отдыхал бы себе на море.
- Вы на людей не обижайтесь. Жизнь сейчас очень трудная. У нас то же не все безоблачно. Скажем далеко не безоблачно. Многие уходят с Армии. Работы нет. Для открытия своего дела нужен капитал, а там конкуренция. Съедают друг друга. У меня друг открыл предприятие по услугам. Прокладывал электрокабель на стройке. Не заплатили. В суд подал. Присудили выплачивать какие-то проценты. А он кредит брал. Таких навалом. В Армии то же бардак. Жизнь, есть жизнь. Кто-то богатеет, кто-то разоряется, а кто-то жизни лишается. Вот так друг. Давай спать. Давай закроемся, а то тут зеки гуляют.
- В смысле гуляют.
- Решеты проехал? А там тюрьмы. Кто освободился домой едят. Зачем будем людей в грех вводить. Так закрыто и закрыто. Проводнице надо будет, откроет.
Я вспомнил семинаристов, которые рассказали о том, что по библии вор не так грешен, как человек, оставивший ценное для воровства. Все-таки какая мудрая Библия. Приеду – пойду в церковь. Под стук колес, после выпитых ста грамм я провалился в сон. Проснулся от того, что мой попутчик будил меня за плечо.
- Все парень давай. Я приехал Удачи тебе. Посмотри на жизнь с другого ракурса. Закройся. Тебе осталось двое с половиной суток.
Я закрылся. Дверь минут через пять открылась. Проводница кого-то подселила. Кажется, это женщина. Я снова провалился в сон. Проснулся, когда поезд маневрировали. Посмотрел в окно. Виднелось название станции «Ерофей Павлович». На соседней полке спала женщина. Вьющиеся черные волосы рассыпались на подушке. Женщине лет сорок. Красивая. Почувствовав мой взгляд, она проснулась.
- Ой, доброе утро. Меня зовут Ангелина.
- Красивое имя у Вас. Хотите чаю?
- С удовольствием. Пока Вы ходите, я переоденусь.
Я вышел. Заказал чай, шоколад у проводницы. Встал в коридоре напротив купе. Мимо пролетают пейзажи смешанного леса, небольших речушек. Деревень не видно. Если в европейской части деревня на деревни, то тут можно ехать несколько часов. что б увидеть поселение. Люди одеты очень бедно. Даже не бедно, а можно сказать нищенски. На станциях слышен отборный мат. Я не когда не слышал таких выражений. Я почувствовал себя баловнем судьбы. На миг представил, если бы я жил на такой вот станции. Где три дома. Меня передернуло. Открылась дверь купе. Ангелина стояла в голубеньком в ромашках халатике. От нее веет домашним уютом и теплом.
- Ангелина, как Вы с таким красивым именем оказались в этих, заброшенных краях?
- Очень просто. Родилась здесь. Родители, когда студентами приехали на БАМ, родили меня. Вот так и живу тут. Вышла замуж. Правда неудачно. Ребенка родила. Выучилась в Хабаровском политехническом. Работаю и живу в Биробиджане. Приезжала к родителям.
- Вам тут не скучно жить? В оторванности от цивилизации.
- Привыкли. Ездим в отпуск. В основном в Китай, Вьетнам. Родители на пенсии. Только пенсии, сами знаете очень маленькие. Приходится помогать. Они, когда на БАМ приехали, им дали квартиру в щитовом доме. Так до сих пор живут. Приехали, чтобы пенсию большую заработать, а остались ни с чем. В советское время получали бы сто двадцать рублей. Жили бы совсем безбедно, а теперь конечно тяжело.
- А в среднем люди, как живут?
- В окно посмотрите, сами увидите. Некоторые забыли, когда покупали себе из одежды. донашивают, что купили в советское время. А, так нормально. Читаем книги.
Мы проболтали до вечера. Мне наконец то попался интересный собеседник. Интерес человека к жизни не определяется ни местом, ни должностью, а только желанием самого человека развиваться. После нескольких дней пути не ожидал встретить человека, читающего Карнеги, Шарма, Конфуция. Она вышла. Я еще долго был под впечатлением этой встречи. Теперь меня ждала встреча с Андреем в Хабаровске. Узнаю ли я его? Вот проезжаем Амур по мосту. Какая все-таки у нас могучая страна. Берет гордость, что я родился в этой стране. Моя большая Родина самая красивая в мире. Хочется одновременно ее обнять и закричать от счастья. Вот и Хабаровск. Андрей! Я узнал его сразу. Он стоял в форме ГАИ или, как сейчас ГИБДД. Только поезд остановился, я бросился к нему навстречу.
- Артур! Как ты изменился. Ну, ты меня удивил, так удивил. Выглядишь шикарно.
- Ты то же. Не ожидал увидеть тебя в этой форме.
- Ну, что хочу загадку загадать тебе. Пойдем на привокзальную площадь. Тут рядом успеем.
Мы прошли через вокзал. Прошли через проезжую часть до какого-то памятника. По дороге он рассказал, что после службы демобилизовался. Пошел в ГИБДД из-за хлебного места. Потом он резко повернулся ко мне, спросил:
- В какой руке Хабаров шапку держит?
- Я не обратил внимания. Наверное, в левой.
- А вот и нет. Посмотри. Она у него на голове.
- Андрей, ты как был баламутом, так и остался.
- Пойдем, а то поезд без тебя уйдет. Смотри вот тут, в сумочке: балычок, икра, шашлычок из осетрины в дорогу. Там пиво к рыбке. В общем наслаждайся. Ну будь здоров. Стасу привет.
- Давай, дорогой приезжай в гости.
4. Окончание поездки.
В купе меня ждали новые попутчики. Молодая семья с ребенком лет семи. Я предложил им гостинцы, переданные Андреем, но они на отрез отказались. В ответ предложили мне свою еду. Женщина ласковым тоном предложила домашние пироги, помидоры, картошечку, рыбку. Я не смог отказаться. Мы познакомились. Ласковую женщину зовут Марией, ее мужа Сергеем, а их сынишку Максимом. Они работают в гарнизоне. Он прапорщик, она библиотекарь. Сообщили, что едут отдыхать на море. После трапезы отец с сыном увлеклись шахматами. Я поинтересовался у Марии:
- Как вам живется?
- Нормально живется. Квартира однокомнатная. Работа есть. На жизнь хватает. Дача есть. Родители во Владивостоке.
- А почему в Хабаровске. а не во Владивостоке.
- Тут климат лучше. Во Владивостоке кислорода не хватает. Да с работой не важно. В основном все занимаются перегоном автомобилей из Японии. А тут у нас, как-то сложилось. Пусть не богато, но живем. Сына растим.
- А народ как живет?
- По-разному. Река кормит. А так, случаи разные бывают. Вот этой зимой в квартире барачного типа пенсионерка замерзла, потому что отопление отключили. Жизнь тяжелая. Держимся.
Мария вся была пропитана оптимизмом, лаской и теплом. Хотелось уткнуться ей в грудь и забыть обо всех тяготах, которые проникли в меня от всех разговоров за длинную дорогу. Но это была чужая женщина. Мне от ее присутствия стало вдруг уютно, спокойно и тепло. Стук колес пел колыбельную песнь. Я заснул. Проснулся только утром. Семья уже завтракала. Мария ласково спросила:
- Будите чай? Я уже Вам заказала.
- Огромное спасибо. Мне очень было приятно с вами познакомиться.
- Завтракайте. Поезд уже прибывает во Владивосток.
Мне не хотелось кушать, натерпелось увидеть Стаса. Станислав ожидал меня на перроне в морской форме. Он в звании капитана третьего ранга. Ему всегда шла форма, а эта форма на нем сидела просто обворожительно. Я вышел из поезда.
- Какой красавец мужчина!
- Артур, ты мне льстишь. По-моему, ты выглядишь не хуже. Поехали, нас ждет моя семья. Все уже готово.
У Станислава квартира трёхкомнатная, очень уютная. Жена стройная блондинка. Двое разнополых ребенка. Я радуюсь за Станислава, за его сбывшуюся мечту, за хорошую семью. А в училище мы думали, что у него не получиться. Ему трудна давалась учеба, но он всегда был настойчив. Он рассказывал о Алжире, о трущобах. Наверное, это ему придавало силы двигаться вперед. Стол действительно накрыт. Я привел себя в порядок после дороги. После обеда нас оставили вдвоем.
- Артур, я очень благодарен тебе. Хочется повидать родителей. Сейчас покажу тебе их фото. Они живут в огромном двухэтажном доме. Пусть повидают внуков. Там топливо на наши деньги стоит около пяти рублей. Как тебе поездка?
- Ты знаешь, даже не знаю. Какое-то смешанное чувство. Красивая Родина и такой несчастный народ. Мне встретились именно такие попутчики. Действительно народ несчастен?
- Я счастливых много не видел. Счастливы только на верху и то не все, или те, кому уже ничего не надо. Я не только в материальном плане. Люди мрут, как мухи. Спиваются, опускаются. А все почему? Работы нет, а если есть, то мизерная оплата. А пенсионеров ниже плинтуса опустили. Не бери в голову. Завтра на рыбалку, потом на дачу.
- Ты много планов не строй. У меня всего три дня. А в Хабаровске видел очень много китайцев. Туризм развивается?
- Какой там туризм. Захватывают нас тихим сапом. Кругом они. Кафе, рынки, магазины – китайцы. Девки наши, как с ума сошли, за них замуж повыводили. Леса вырубают. На землях садят, а потом там выжженное поле.
- Нужно, что-то делать.
- Что ты сделаешь? Асе на правительственном уровне. Захватили без войны. А наши мужики вон в Японию мотаются. Хлам везут отдула. Подержанные автомобили. Хотели запретить, а работы никакой. Это весь Владик без работы будет. Рынок подержанных автомобилей – своя мафия.
Утром Станислав дал мне одежду для рыбалки, закупленную для меня. Это хороший влагозащитный костюм защитного цвета. Стас объявил:
- Мы един в Уссурийский залив. С нами еще поедет мой друг Михаил.
Анна, супруга Станислава, собрала нам сумку с едой. Он обратился к ней:
- Аня, ты, как всегда. Нагрузила нас, а мы же на рыбалку едим. Забыла?
- Бери! Знаю я вашу рыбалку.
- Вот так всегда. Приходится подчиняться. Пойдем мой друг, пойдем. Нас ждут просторы.
На Джипе Стаса мы приехали в небольшую бухту со скалистыми берегами. Нас ждал Михаил. Нас ждала уже приготовленная к выходу надувная лодка с мотором. Меня привлекала не сама рыбалка, как хотелось взглянуть на берег со стороны моря. Мы отплыли от берега примерно на две мили. Довольно быстро поймали штук пять минтая и пару камбалы. Стас спросил у нас:
- Мы, что сюда рыбачить приехали? Нам этого улова достаточно.
Мне стало грустно. Совсем не хочется покидать море. Станислав заметил на моем лице сожаление:
- Артур, море тянет или наша красота не отпускает?
- Море тянет! И красота не отпускает.
Михаил добавил:
- Будет повод вернуться.
Мы зашли, в снятый предварительно Михаилом, гостевой домик. Михаил начал готовить уху, я стал ему помогать. Стас исчез. Через некоторое время он появился с сумкой рыбных деликатесов. - Вот это заберешь домой. А то жена не поверит, что во Владике был.
Все готово к обеду. Стас достал водку. Налил в три пластмассовых дорожных стаканчика, произнес тост:
- За встречу и за рыбалку.
Я пошутил:
- Не получиться, что завтра окажемся где ни будь на том берегу?
Михаил засмеялся и продолжил:
- Помнишь, Стас? Когда у знакомого мальчишник был. Мы так же присели. Потом решили, что нам мало. Решили по-быстрому сплавать на катере докупить немного. Плывем, а деревни нет. Смотрим нас пограничный катер догоняет, а оттуда японский навстречу. Мы тут сообразили, сразу к нашим. Тогда у Гришки катер забрали. Отец его все вопросы решил.
- Чуть с Армии нас не поперли. Спасибо его отцу.
Мы еще долго болтали о жизни, армии, море. Утром поехали к Стасу на дачу в Сахарный ключ. На шести сотках двухэтажный кирпичный домик. Несколько лиан винограда, абрикос. Все создано для отдыха. Среди сопок открывается вид на море. Вид изумительный. Смотреть можно часами. Подвезли продукты. Станислав приготовился делать шашлыки из палтуса. Я не могу оторвать взгляд от пейзажа.
- Стас, красотища какая. У нас есть красивые места, но таких нет. Природа еще способствует. Вы же на широте с Сочи.
- Климат не сочинский. Море другое. У вас в Питере то же другое.
- Какая у нас красивая страна, такая разная.
- Завтра еще Владивосток тебе покажу. Думаю, успеем до самолета. Ну, что по пивку.
Мы пьем пиво, едим шашлыки, любуемся природой. Я не жалею, что проделал этот путь. Я, как будто повзрослел за это время. Внутри меня зреет новый мир, пока еще не осознанный. Но я точно знаю, что не хочу жить так, как жил раньше. Сердце стремиться к чистоте помыслов. А иначе зачем мы живем? На следующий день Станислав провез меня по Владивостоку. Город на сопках, спускающихся к морю. Разнообразность стилей архитектуры придают особый колорит городу. А может это Стас сделал эти три дня незабываемыми? Неважно, но этот город останется в душе у меня на всегда. Самолет поднял меня в небо. Внизу виднелись очертания города и моря . Прощай Владивосток!





.