Витрина
Журналов

Романы №12

Комментарии
0

категория журнала | Литература

Романы №12

О героях моих романов

Бренд: Романы

Автор: toto

Дата издания: 28.12.2018

"Глория", роман, отрывок. Автор Владимир Загородников
А В ЭТО ВРЕМЯ НА МОРЕ, СРЕДИ ВОЛН, под Луной, которая являлась единственным свидетелем и зрителем, разыгрывалась трагедия. И главным режиссёром-постановщиком её была судьба. Судьба – одна на двоих. Она разыгрывалась по всем правилам своего жанра, одного из ведущих жанров высокого искусства, истоки которого уходят в античность. Античные драматурги видели в трагедии «прообраз мира» с его нескончаемой борьбой страстей… Погода начала портиться. Поднялись волны. Небо было чистым, но на горизонте стали появляться тучи - предвестники грозы. Ветер, ещё не окрепший, тихо гнал их. Погода испортилась нежданно-негаданно, как это бывает на Чёрном море. Луна освещала поверхность моря. Пока освещала. Ночь была светлой. Андрей плыл и кричал: «Глория, Глория, любовь моя! Ответь мне! Где ты?» Он то плыл, то останавливался, чтобы осмотреться. Паром хоть и замедлил ход, но ещё не бросил якорь. Он услышал недалеко от себя голос и сразу поплыл в ту сторону, от-куда он доносился, - в сторону, где находилась Глория. Наконец он увидел её. Подплыл к ней. Она держалась на воде из последних сил. На её левом виске были следы крови. Она ударилась о перила, когда этот бугай схватил её и сбросил в море. Она глубоко дышала. Солёная вода, попадая на рану, причиняла ей боль. Андрей держал Глорию одной рукой за шею, а другой махал вслед уходящему парому. - Глория, любовь моя! Держись! Я с тобой. Всё будет хорошо. Я сейчас развернусь, и ты положишь свои ладони мне на плечи и двигай ногами, работай, не сдавайся. - Андре, это ты? Ты нашёл меня! Мы снова вместе!.. - Не говори, любовь моя, береги силы. - Я ударилась головой. Они всё же нашли нас. Я… Я виновата, Андре. Ты говорил мне… - Никто не виноват. Андрей почувствовал боль в правом боку. Он понял, что его ударили чем-то острым. Солёная морская вода заставила почувствовать его, что он ранен. - Всё-таки он… - Андре, я не могу… у меня уже нет сил. И ноги не работают. Их свело судорогой. - Держись, держись! Возможно, нас заметят. - Нет. Андрей почувствовал, как руки Глории ослабли. - Держись за меня сильней. Вцепись в меня! - Руки замёрзли, мой Андре. Мои руки и ноги… - Глория, Глория! Он обернулся и не увидел её. Она пошла ко дну. Он набрал воздуха и нырнул за ней. Донырнув до Глории, он за волосы вытащил её на воздух. На поверхность. Она сделала несколько глубоких вдохов и задышала. - Глория, не пугай меня. Держись за мои плечи. - Андре, я всю жизнь любила только тебя. Без тебя я бы не прожила семь счастливых лет… А сейчас оставь меня и держись, сколько продержишься. Обоим нам не выжить. Так уж получается, любимый мой. И прости, что я не могла родить тебе… Волна накрыла их, но не унесла Глорию, не разъединила их в этот раз, словно давала им время ещё поговорить, сказать друг другу слова, которых они не говорили раньше. - Любовь моя, держись крепче и не говори мне ничего. Мы любим, друг друга и будем любить всю жизнь. Мы справимся с этим. Нам нужно продержаться хоть тридцать минут. Андрей вдруг увидел, как вдали показались маленькие огоньки, но тут же исчезли. «Показалось. Но до них далеко. Один бы я, может, и доплыл, но с Глорией… Я не могу её оставить. Она тут же пойдёт ко дну», - думал он. - Брось меня, Андре! Оставь и… - Не могу. И не проси. Держись… Думай о том, как будешь подписывать свои книги читателям. Вторая волна всё-таки разъединила их. Андрей, почувствовав это, приподнялся, насколько мог вверх, и увидел метрах в десяти от себя руки Глории. Он доплыл до неё. Она правой рукой обхватила его за шею. - Ногами, Глория. Работай ногами. Не сдавайся! - Ноги… Я их не чувствую. Андре, я стараюсь помочь тебе, но ничего не получается. Я замёрзла, - прижимаясь к нему, тихо говорила она. Андрея начали покидать силы. Они находились в открытом море уже двадцать минут. То, что Глория не продержится и пятнадцати минут, Андрею было ясно. Слёзы выступили на его глазах. «Мы ещё так молоды. Мы должны жить», - крикнул он изо всех сил, глядя на Луну. Глория очнулась. Крик вернул её в реальность. Разогнал туман в её мыслях, и она повторила: - Андре, брось меня. Ты же сам выбился из сил. Оставь меня! - О чём ты, Глория? Как я тебя брошу? - Ты плачешь, Андре? Никогда не видела, как ты плачешь. Ты стал чувствительным. Он держал её изо всех сил. Волны мешали ему. Он чувствовал, что вот-вот его руки - ослабевшие, остывшие, уставшие - выпустят её из своих объятий. Глория потеряла сознание. Он перевернул её на спину и руками поддерживал её не подававшее никаких признаков жизни тело. Тучи то закрывали Луну, то давали ей возможность смотреть и освещать эту трагедию. - Моя любовь! Говори, не молчи, прошу тебя! - со слезами на глазах обращался он к любимой, - Не молчи, слышишь? Вдруг Глория открыла глаза и сказала: - Прощай, мой Андре, моя любовь! Встретимся в другом мире. Море заберёт меня. Брось меня и плыви. И помни, я за всё благодарна тебе. Стелла… - Что, солнце моё? Какая Стелла? - Она напишет вторую книгу. Напишет за меня… Плыви… - Люблю тебя! Глория промолчала. Она уже не дышала. Третья волна - высокая, коварная - накрыла их, и Андрей почувствовал, что потерял Глорию. Он плакал. Ветер усиливался. Луна продолжала смотреть (единственный свидетель, она всё увидит до конца) на происходящее. Тело Глории пошло ко дну. Уставшие держать тело Глории руки - две руки на всём белом свете, которые могли ещё что-то сделать, отпустили её. Волна вырвала её из рук Андрея. Грубо, бессердечно, безжалостно… Андрей нырнул за ней. Тело Глории медленно погружалось, тихо, с широко открытыми глазами, в которые так любил смотреть Андрей. Глория умерла от переохлаждения и потери сил. Андрей ещё был жив. Время шло, но только не для него. Секунда для него превращалась в минуту, минута - в пять… Он дышал. Он понял: Глория умерла. Её больше нет. Он смотрел на неё, как она медленно погружается в глубину с широко распахнутыми руками, которые, казалось, говорили морю: «Прими меня!» Под водой было тихо, и чем глубже, тем тише. Он видел, как изо рта Глории выходили пузырьки и поднимались к верху, мимо него. Андрей понял: Глорию не спасти. Она, которую он так любил всю жизнь умерла. Почувствовав, что он теряет сознание, что ему не хватает воздуха, он начал подниматься наверх. Вылетев из воды, в буквальном смысле этого слова, он хватал и хватал ртом воздух. Он не мог надышаться. Море, поглотившее и принявшее Глорию, начало успокаиваться. Ветер разогнал тучи, и Луна осветила поверхность моря. Воцарилась тишина. Андрей лежал на спине, на поверхности воды и плакал. Он видел, как над ним пролетел самолёт. Отдышавшись, он пришёл в себя. Ком в горле мешал ему дышать. Ноги устали. Руки не слушались, он их не чувствовал. Он увидел огоньки. Те, которые уже видел один раз. На этот раз они показались ему ярче и ближе. Он посмотрел на них и понял: ищут их. Он улыбнулся улыбкой, которой улыбаются люди, принявшие для себя важное решение. Решение, не имеющее силы обратного пути. «Обратного пути не будет!» - так говорят в таких случаях люди, принявшие такое решение. Он посмотрел на Луну и вспомнил слова:" Андрей Оксаков, Вы согласны взять в жёны Глорию Нежину, и жить с ней в радости и в горе, пока смерть не разлучит Вас?.."; посмотрел на огни и вздохнул; посмотрел на звёзды и крикнул: - Глория, Глория, любовь моя! Я иду к тебе! И, глубоко вдохнув в себя воздух, нырнул в море, в надежде на то, что донырнёт до неё и дальше они начнут погружаться вместе…

Анонс следующего выпуска

Через пять дней.