Витрина
Журналов

Пластиковый кокон №8

Комментарии
0

категория журнала | Литература

Пластиковый кокон №8

Неслучайная гостья. 8 глава

Бренд: Пластиковый кокон

Автор: Кира Миндль

Дата издания: 26.10.2018

Неслучайная гостья. 8 глава из...

Она сидела на полу в ванной, жадно жуя полотенце бесчувственными зубами. Горячие капли сгущались в замутневших глазах. Она не видела ничего кроме собственной боли, которая с силой сжимала её горло, внутри что-то кричало и рвалось наружу. Господи, как же больно и бессмысленно все это. Почему именно сейчас? Ведь еще недавно она чувствовала себя такой счастливой? Она чувствовала себя живой и готова была взлететь. Но её жадность все испортила. У нее совсем нет надежды на взаимность. Вся радость и вдохновения исчезли, а белоснежные перья осыпались и тонкие кости, остатки крыльев, уже не смогут поднять её снова в небо. Осталась только дыра, огромная зияющая дыра, и что-то болело, и болело, и болело.
Лолита медленно поднялась к раковине, чтобы умыться. Струйка холодной воды лениво забилась о мраморную поверхность. Создание поднесло свою руку и попыталось смыть со своего лица следы своего горя. Но стоило ей посмотреть в зеркало, как сразу стало понятно, что вода ей в этом не поможет. Нужно что-то посильнее. Она вгляделась в свои очертания и в этот момент подумала о забвении.
Вода продолжала равнодушно охлаждать её руку. Так девушка просидела довольно долго, продолжая отстраненно отслеживать в себе движение мысли.
На душе стало легче. «Я ведь могу все стереть, да?». Скорое избавление представилось приторно сладкой конфетой: больше никаких слез, боли, никаких попыток и надежд. Не придется притворяться, что все хорошо. Ведь все будет хорошо. Она забудет о настоящей себе и вернется к предыдущей – яркой и самоуверенной.
Она закусила губу. Конечно, было немного страшно. Но возможность снова стать собой – Лолита не могла упустить её.
«Нужно быстрее окончить со всем этим. Я не могу продолжать плакать, а то потеряю свою привлекательность и не смогу никого встретить» - Лолита добралась до телефона, нашла в телефонном справочнике «Анатолия Семеновича» и нажала на зеленую трубочку…
***
Два ослепленных слезами глаза беззвучно распахнулись в ночной тишине.
Нелли подняла с кровати совсем тяжелые ото сна конечности и пошла промочить просохшее горло. Еще долго она сидела на кухне и всматривалась в маску.
Прошлым вечером «малыш» Антон проводил её до дома. Они шли пешком и молчали, каждый знал, что они не встретятся больше. Он теперь вспоминал о слишком дорогом для него человека, а Нелли задавалась вопросами, ответы на которых просто боялась узнать. Так в незаметном друг для друга молчании они добрались до её подъезда. Нелли с сочувствием посмотрела на парня. Антон стоял перед ней, так что девушка видела только его макушку.
- Мне жаль, что я напомнила тебе об этом.
Антон приподнял голову и попытался показать всем своим видом, что все хорошо, но глаза все равно были очень грустными:
- Ничего. Я был совсем маленький, когда с ней произошел тот несчастный случай.
- Да, конечно…
Установилась абсолютно неуютная пауза для Нелли пауза. Нужно было как-то попрощаться, но девушке было жаль парня и она так и стояла, периодически поглядывая на него с вопросом: «Что мне сделать, чтобы тебе стало легче?»
- Знаешь – неожиданно Антон нарушил общее молчание. – Это был пожар, и все её фотографии исчезли вместе с ней. Я думал, что уже совсем забыл её лицо, но этот рисунок… Где ты видела её фото?
- А? Я уже и не вспомню, если честно. Извини.
- Ничего. Теперь у меня, хотя бы, есть это – и он потряс в воздухе заветным листком. – Думаю, мне уже пора. Завтра рано вставать.
Как только просветлело, Эл вывернула свою сумку, но все-таки нашла измятую салфетку. На ней склоненным подчерком был написан адрес кладбища.
Желтеющие деревья роняли свои сухие слезы на мертвую землю. Эл стояла напротив той самой могилы, в которой все-таки смогла найти свой покой это прекрасное создание. Девушка аккуратно положила на присыпанную красным и желтым мраморную плиту белокурую розу. Глубокая тоска сжала её сердце, и одинокая печальная слеза покатилась по щеке.
- Знаешь, есть люди, которых нельзя забыть. Их хочется забыть… Нет, не забыть… вырвать из собственного сердца … но они целиком поглощают это сердце… И есть только один способ забыть – вырвать его с корнем!... И вот тебя уже нет. Совсем нет…
Эл опустилась на корточки и закрыла совсем раскисшее лицо руками, чтобы Лолита не смогла увидеть его. Так она сидела еще долго, периодически всхлипывая. Ей не было жаль девушку… ей было жаль себя. Она и правда думала, что сможет забыть, а в итоге просто выключила свое сердце и начала смотреть на мир равнодушными глазами. Глазами, сквозь которые не просвечивают ни её эмоции, ни чувства. И любого, кто мог зажечь эти глаза, она настороженно обходила за километр. В какой-то момент она исчезла для других и для себя окончательно. А ведь она хотела быть собой, счастливой собой! А в итоге… просто опустела.
- Нет! - Эл трясущимися руками стирала с глаз непослушные слезы. Но они продолжали сочиться из просветленных глаз, как из неиссякаемого источника. К непослушным слезам примкнула истерика самого неба, которое большими холодными каплями решило примять землю.
«Небо всегда поддерживает меня в моей боли» - Нелли грустно усмехнулась этому и, продолжая всхлипывать, достала из сумки потерянное личико Лолочки. Холодными пальцами она смогла отодрать верхний слой твердой земли рядом с плитой и быстрыми движениями похоронила ярко-красные розы с чернеющими шипами и маленький красный ротик. Так, грязная и мокрая, с опухшим лицом, она вернулась домой.
Горячий душ позволил смыть с себя этот холод, грязь и остатки той боли, которую она копила в себе все это время.
«Как же легко!» - Эл сидела на кухне и свободная грелась малиновым чаем. Она как будто скинула пол тонны и теперь наслаждалась невесомостью кухни: «Все равно все это… кажется чем-то странным» - ответом на её мысль где-то в глубине коридора Нелли услышала какой-то скрип, как будто что-то двинулось с огромным усилием. На цыпочках, растрепанное создание в пижаме с котиками пробралось к месту, откуда мог исходить звук. Дверь, которая все это время была заперта, по непонятной причине сейчас была открыта. Не в силах противостоять любопытству, Нелли заглянула в тонкую щель. Оттуда пахло напускной чистой пылью, а знакомые звуки, как будто карандашом невесомо водили по бумаге, говорили о том, что там кто-то был. Она приложила дополнительные силы к двери. Та заскрипела от неудовольствия, но поддалась. Обзору художницы предстала та самая комната, которую она в таких деталях уже видела. Единственным, что не вошло в её ночное видение, был небольшой дубовый стол, за которым примостился вечно молодой, но уже изрядно постаревший, джентльмен, с которым она только на прошлой неделе имела удовольствие общаться.
Он изучающе посмотрел на неё сквозь очки и обворожительно улыбнулся:
- Ох. Кажется, я вас совсем разбудил. Простите великодушно, меня застало вдохновение, и я помчался сюда работать. Так увлекся, что даже зачем-то открыл дверь. – на последних словах глаза собеседника стали дружелюбно серьезными. Но сон застилал глаза, и Нелли просто не смогла этого заметить.
- Значит, вы делаете маски? – Нелли подошла к стулу, который стоял напротив стола, и комфортно на нем уместилась.
Около губ Анатолия Семеновича появились характерные складочки:
- Хотите тоже попробовать? Я, как раз ищу ученицу.
Заспанное создание заметила только рабочую руку с протянутым листком и смогла только произвести ответный жест. Сверкающая искра пронзила её виски и пронеслась по всему телу усталостью. Окутанное сновидением тело обвисло на столе с зажатым в руке белоснежным листом.
- Приятных снов – нежно сказал художник.