Витрина
Журналов

Луна над Невридой №1

Комментарии
2

Триумф или крах?
1
  
   В год 6573 от сотворения мира, князь Всеслав собрал отлично подготовленное и снаряжённое войско, и отправился в поход на город Псков. Князья Ярославичи были слишком заняты войной с Тмутараканью, чтобы остановить Всеслава. Кроме того, Всеслав пустил слух, что собирается в поход на Новгород, и новгородцы мобилизовали войска на защиту своего города, оставив путь на Псков открытым.
   Зная, что Псков очень хорошо укреплён, князь Всеслав заранее нанял в Византийской империи специалистов по осадным работам. Моему отцу дали поручение сопровождать инженеров, и снаряжение для строительства стенобитных машин. Этот военный поход оказался очень долгим.
   Когда византийцы, пришедшие с полочанами, наконец увидели Псков, они ужаснулись, и заявили князю, что город неприступен. Тем не менее, были сооружены тараны, вороны и приставные лестницы на колёсной платформе.
   Построив свои войска, Всеслав сказал:
   - Полочане, вся Русь смотрит на вас, все княжества следят за тем, что здесь происходит. Ярославичи считают, что полоцкое войско уже не то, что прежде, что мы превратились в жалкое отребье, не способное себя защитить, и дни славы Полоцка навсегда ушли в прошлое. Сегодня у вас появился шанс доказать всем, что это не так, покажите этим трусливым тварям на что мы способны, и пусть враги содрогнутся, увидев вашу силу и отвагу.
   Воодушевленные полочане окружили наиболее уязвимые части города и с яростными криками пошли на штурм. Но поднятие стенобитных машин на возвышенность под большим уклоном снижало их эффективность. Кроме того и сам подъём к стенам по скользкому склону был очень тяжёлым.
   Жители Пскова с лёгкостью отбивали все атаки со своих высоких городских стен. В штурмующих полочан стреляли меткие лучники, полочан закидывали камнями и обливали кипятком, полоцкие воины падали замертво или истекая кровью скатывались со склона. Ответные атаки полоцких лучников по псковским укреплениям редко приносили успех. Жители Пскова смеялись над воинами Всеслава и осыпали их проклятьями.
   Проваливалась одна атака за другой, волны нападавших постоянно сменялись, полочане отважно и упорно делали всё возможное, но ничего не получалось. Первых несколько дней полочане верили, что вскоре захватят город и шли на штурм с невероятным напором, подбадривая друг друга. Но дни шли и, хотя полоцкие воины стойко переносили все тяготы, постепенно вера в успех начала их покидать. А потом люди всё чаще начали вспоминать, что Псков не такой уж богатый город, а дома в Полоцке у них много дел и они терпят убытки, тратя время на войну.
   Окрестности Пскова запомнились моему отцу туманной дождливой погодой и крайней бедностью дичи в сравнении с лесами Полотчины. Сам город и его окрестности были наполнены атмосферой скудности и крайней суровости. Город Псков, слишком хорошо укреплённый для такого среднего города, был символом бессмысленности похода Всеслава в края, где скудность трофеев сочеталась с крайней воинственностью населения.
   Однажды ночью Вадим, сидящий на берегу реки Великой, услышал какие-то шорохи. Развернувшись, он увидел недалеко от себя группу людей с вёдрами, они, крадучись, пробирались к реке.
   Странное поведение воинов вызвало у Вадима интерес, и, когда они набрали воду и пошли в сторону псковских укреплений, Вадим проследовал за ними. Воины направились к растущему на склоне кустарнику и скрылись в нём. Обследовав склон, Вадим обнаружил замаскированный подземный ход.
   О своём открытии Вадим никому не сказал. И когда окончательно стемнело, он решил пробраться через подземный ход в Псков. Не стоит и говорить, как он рисковал, но в этом был весь Вадим.
   Сняв доспехи и переодевшись в одежду попроще, Вадим поднялся на склон, к замаскированному ходу. Пройдя сквозь узкий туннель, Вадим аккуратно выглянул из ямы за стены Пскова, охраны видно не было. Тогда Вадим поднялся наружу, осмотрелся и двинулся прочь от входа.
   - Кто здесь? - послышался голос из темноты, и Вадим увидел приближающийся тёмный силуэт. Не растерявшись, Вадим достал флягу с испорченным пивом из-за пояса и вылил её на себя.
   - Подожди, кажется, мне плохо! - сказал очень сбивчиво и периодически икая Вадим.
   - Ходит тут всякий пьяный сброд, убирайся прочь! - сказал злобно стражник, и Вадим демонстративно шатаясь и падая скрылся от стражника.
   Город Псков был полон суетой, мало кто из его жителей спал той ночью. На лицах псковичей читался испуг, иногда ненависть. Отовсюду слышались проклятия в адрес полочан и князя Всеслава. В одном из домов двери были открыты, и Вадим заметил там женщину, успокаивающую плачущего младенца. В этот момент Вадима сильно толкнули и, споткнувшись, он упал. Вадим повернулся и увидел, что его толкнула богато одетая красивая девушка. Несмотря на грязный вид Вадима и исходящий от него жуткий запах испорченного пива, девушка извинилась, помогла Вадиму подняться и стала отряхивать его одежду.
   Вадим смущенно поблагодарил её. Увидев, что перед ней молодой вежливый парень, девушка улыбнулась Вадиму, а затем ушла.
   Пройдя чуть дальше, Вадим увидел группу очень молодых воинов, которые клялись друг другу сражаться за Псков до смерти. Напротив стоял дом, на пороге которого, глубоко задумавшись, сидел старец, чем-то напомнивший Вадиму его отца.
   В ту ночь Вадим обошёл почти весь город и вдоволь насмотрелся на осаждённых псковичей.
   Назад к подземному ходу, обойдя стражников, Вадим пробирался ползком. К счастью, его никто не заметил.
   Вернувшись в полоцкий военный лагерь, Вадим долго размышлял и решил не сообщать князю Всеславу и своему окружению о подземном ходе.
   Много лет спустя, когда князь Всеслав лежал присмерти, тяжело больной, Вадим рассказал об этом случае князю, и Всеслав его простил. Зная тяжёлый характер Всеслава, могу сказать, что это было мудрое решение. Признайся Вадим в том, что знал, как захватить Псков, в дни, когда князь Всеслав был молод и полон амбиций, вероятно Вадима казнили бы.
   - Мне было жаль псковичей, я увидел, что это очень достойные люди. Кроме того, я считал, что уничтожение Пскова не соответствует главным целям города Полоцка и его моральному престижу. И хоть я тогда был всего лишь рядовым воином, именно я решал: существовать Пскову или нет, - сказал на одной из пирушек Вадим.
   Поскольку при своих знаниях видеть каждодневную гибель полочан Вадиму тоже было непросто. Он почти совсем перестал общаться с окружающими и сутками не выходил из своего шатра.
   Но напрасно Вадим так волновался за псковичей, отважные воины Пскова нашли в себе силы не только успешно отстоять город, но и сделать вылазку в попытке уничтожить стенобитные машины и убить князя Всеслава. Конная вылазка псковичей застала полочан врасплох, и все основные военные силы полотчины, включая Эстина и Ратимира, бросились в отчаянной рубке спасать осадную технику. А пока полочане сдерживали неожиданный натиск псковской конницы, отряд наёмников из Пскова вышел через тайный ход и незаметно пробравшись к шатру князя Всеслава, молниеносно перебил его охрану.
   Снаружи послышались крики и в шатёр заглянули суровые лица наёмников. По их наглому поведению княгиня Катарина поняла, что это воины Пскова, князя в шатре не было.
   - Смотрите, что у нас здесь! Наверное какая-то знатная особа! - сказал один из четырёх вошедших в шатёр воинов. Он был чуть выше остальных ростом и судя по одежде чуть богаче своих товарищей.
   - Да это, видимо, княгиня. Надо взять её с собой, а после потребовать за неё выкуп! - сказал другой наёмник и осмотрел шатёр.
   - Увезти её в город мы всегда успеем, давайте перед этим развлечёмся с ней в лесу, а то в Пскове нам этого сделать с ней не дадут, а у меня давно не было женщин! - вновь заговорил высокий воин.
   - Если князь Всеслав узнает об этом, он нас из-под земли достанет! - возразил третий наёмник, складывающий вещи из шатра в мешок.
   - Я лично собираюсь уехать в Польшу или в Византию после этой компании, да и вас ищи как ветра в поле, князю Всеславу нас не достать. Когда ещё вашей добычей будет княгиня? - вновь сказал высокий воин, и его товарищи пожали плечами.
   Княжна Катарина забилась к краю шатра и вынула кинжал, но её действия лишь рассмешили наёмников. Суровые войны переглянулись и начали приближаться к княгине, один из них с лёгкостью выбил кинжал сапогом из её рук. Катарина закрыла глаза от ужаса, и в этот момент в шатёр уверенной походкой и в сияющих доспехах, вошёл Эстин.
   - Воюете с женщинами? По-моему, ваше общество неприятно княгине. Вы могли ограбить шатёр князя и уйти с добычей до моего прихода. А теперь вы все умрёте! - спокойно сказал Эстин, гордо расправив плечи и усмехнувшись в предвкушении схватки.
   Увидев Эстина, воины Пскова побледнели и застыли в замешательстве. Они узнали этого легендарного варяга и осознали, насколько близки к смерти. Однако наёмники были не из пугливых.
   - Я знаю тебя, Эстин, но не слишком ли ты самоуверен, я убивал князей по приказу великого князя Ярослава, неужели не справлюсь с каким-то варягом? - сказал самый высокий из псковских гостей.
   - А вот я тебя не знаю, и мне плевать, кто ты! Если вместо судьбы воина ты выбрал роль палача, то ты обычное ничтожество и к тому же покойник, как и все вы здесь! - невозмутимо ответил Эстин.
   Переглянувшись, четыре воина разом бросились на Эстина. Один из них кинул в Эстина топор, но варяг отбил его, молниеносно отскочил в сторону, и боковым ударом снёс голову крайнему к нему наёмнику. Оставшиеся трое убийц попятились назад, но затем вновь разом вступили в схватку. Пока двое из них в яростном порыве отвлекали Эстина, третий, самый высокий и наглый среди них, изловчился зайти к варягу со спины и резким ударом меча попытался зарубить Эстина.
   Увидев опасность, грозившую варягу, княжна Катарина закричала, но Эстин в последний момент перехватил руку врага, держащую меч. Послышался хруст сухожилий наёмника, после чего Эстин его же рукой, вспорол воина от живота до грудной клетки и оттолкнул. Убийца князей скорчился, захлёбываясь кровью, в ногах варяга.
   Вид крови привёл Эстина в неистовство, на его лице застыла улыбка, а глаза затуманились. Эстин набросился на оставшихся воинов, ускорив темп и силу ударов. Щиты псковских убийц разлетелись в щепки, и вскоре они оба пали порубленные варягом. Но Эстин всё не успокаивался, продолжая рубить мёртвых наёмников, повторяя:
   - Как вы посмели явиться сюда, как вы посмели бросить вызов мне, жалкие твари!
   Лишь несколько минут спустя, Эстин пришёл в себя и сразу же направился к княгине.
   - Вы в порядке, ваша светлость? Они не причинили вам вреда? - учтиво поклонившись, спросил Эстин. Звенья его кольчуги отразили пробивающееся в шатёр солнце, Эстин вновь выглядел очень спокойным и величественным.
   На лице Катарины появились слёзы, она крепко обняла Эстина и прошептала:
   - Я этого никогда не забуду, мой муж вас вознаградит.
   Эстин был давно не равнодушен к княгине, наслаждаясь её объятиями, он прижался к её нежной щеке и чуть коснулся утончённой руки княгини. В какой-то момент их объятия разомкнулись, а взгляды встретились.
   - Это моя служба, и мне не нужно никаких наград от князя. Вот если бы я мог просить, вашу светлость, подарить мне какой-нибудь предмет, который бы напоминал мне о вас в далёких краях, - взволнованно ответил Эстин.
   На пару мгновений княгиня замешкалась из-за необычной просьбы варяга. Затем Катарина открыла шкатулку с драгоценностями и, достав оттуда брошь, украшенную жемчугом и розовой лентой, передала её Эстину. Коснувшись тёплой нежной руки княгини, Эстин широко улыбнулся и вновь поклонившись, покинул шатёр.
   В этот же день князь Всеслав прислал Эстину мешок серебра.
   Через несколько дней осады в районе курганов, находящихся возле Пскова, под вечер стали появляться странные тёмные человекоподобные силуэты. Некоторые полоцкие воины даже утверждали, что слышали, как они о чём-то шепчутся между собой. Но когда полочане к ним приближались или пытались выстрелить в эти загадочные сущности из лука, они растворялись в воздухе.
   Представители церкви в полоцком лагере тут же вспомнили, что у полочан и псковичей общие предки, оба города основал древний союз племён - кривичей.
   - Скорее всего в курганах покоятся именно кривичи, и по сути, поход князя Всеслава является братоубийственным! - заявили они.
   - Что ж эти братья легли под Новгород и вместе с новгородцами издевались над нашими купцами? - раздражённо сказал Всеслав.
   Но каждый вечер тёмных силуэтов становилось больше, они отходили от курганов всё дальше, и даже начали заходить в полоцкий военный лагерь. Священники читали молитвы и окропляли их святой водой, это помогало, но не на долго. Исчезая от молитв и святой воды, эти сущности вскоре появлялись вновь.
   Это явление, как и неудачные штурмы, производило угнетающее действие на полоцких воинов. Мой отец был свидетелем, как сын князя Всеслава Борис сообщал Всеславу о просьбах полочан снять осаду и вернуться домой. Подобные разговоры приводили Всеслава в бешенство.
   Вдобавок изменилось поведение княжны Катарины, она стала более задумчивой и терялась в присутствии Эстина. Конечно, князь понимал, что происходит и сильно переживал, но сделать ничего не мог.
   В один из вечеров под Псковом князь Всеслав сильно напился, сел на коня и, к ужасу полоцких воинов и удивлению псковичей, поехал прямо к тёмным силуэтам. Всеслав ничего не боялся, и его верный конь, потомок диких лошадей из полоцких лесов, так же не дрогнул. Подъехав к шепчущим сущностям, Всеслав осыпал их бранью, а затем обратился к ним нагло и разнуздано:
   - Зачем пришли? Может вам чего-то не хватает в курганах, еды или серебра? Так подавитесь! - сказал князь достал пару арабских серебряных дирхемов и швырнул их в один из тёмных силуэтов, но монеты пролетели сквозь него и упали на землю.
   - Не нравится серебро? Тогда отведай стали! - с этими словами Всеслав вынул из ножен меч и заехав в толпу гостей из курганов, стал рубить их мечом, приговаривая:
   - Твари, убирайтесь назад в свои земляные норы! Если будете путаться под ногами, то я разрою курганы, достану ваши останки и прикажу выставить их в поле, отпугивать ворон!
   Князь Всеслав осыпал шептунов проклятиями и продолжал их рубить, но меч лишь проходил сквозь них, не причиняя им никакого вреда. От своего бессилия князь злился ещё больше.
   Тут, по воспоминаниям Всеслава, один из тёмных силуэтов вышел ему на встречу. Конь Всеслава стал на дыбы и ударил эту странную сущность передними ногами, но она осталась на месте. Только в районе сердца у силуэта появилось какое-то переливающееся сияние. Подойдя ближе, словно тень героя из прошлого, тёмный силуэт взял коня князя под уздцы, и, к удивлению Всеслава, его конь успокоился. Затем гость из кургана повернулся к князю и сказал:
   - Успокойся, брат!
   А после все шептуны исчезли, а ошарашенный князь Всеслав развернул коня и поехал в лагерь.
   На следующее утро, когда мой отец развлекал князя Всеслава рассказами о своих скитаниях, в шатёр к князю пришли представители полоцкого купечества и Эстин. Увидев в своём шатре купцов, которые зашли и виновато опустили взгляд, Всеслав просто вышел из себя и закричал на них:
   - Чего пришли, тоже проситься домой? Не из-за вас ли я привёл сюда войско, разве не вы жаловались мне на Псков и Новгород?
   Затем Всеслав посмотрел на Эстина и также обозлённо произнёс:
   - А ты, Эстин? Ведь ты подбивал меня на войну? А теперь что? Будешь скулить о возвращении?
   После небольшой паузы один из купцов нарушил тишину:
   - Не гневайтесь, ваша светлость, но Псков нам не конкурент, а из-за долгой осады мы не можем торговать. Если бы речь шла о разграблении Новгорода, то можно было бы рискнуть и оставаться здесь до последнего, но даже взятие Пскова не покроет наш ущерб.
   - Светлейший князь, византийские специалисты и мои воины считают бессмысленной осаду столь хорошо укреплённого места, мы и так потратили на незначительный город слишком много времени. Многие остались калеками или погибли, - спокойно произнёс Эстин.
   - Глупцы, отойти, не взяв город, значит проиграть и показать нашу слабость врагу, - обозлённо сказал Всеслав.
   Затем князь выпроводил гостей из шатра, нехотя пообещав подумать о возвращении в Полоцк, и обратился к охране:
   - Позовите ко мне Ратимира.
   Вскоре Ратимир вошёл в шатёр, он единственный из окружения Всеслава, ещё не выказывал недовольства по поводу длительной осады.
   - Какие настроения в войске, Ратимир? - спросил Всеслав.
   - Очень многие недовольны, ваша светлость, и считают осаду бессмысленной, боевой дух в войске слаб, - холодно и спокойно ответил Ратимир.
   - А что, Ратимир, скажешь ты, как ты относишься к осаде? - уже спокойнее спросил князь.
   -Мне всё равно, и если светлейший князь пожелает, я буду осаждать Псков хоть до конца жизни.
   - Я не сомневался в твоей преданности, но меня интересует твоё мнение по поводу продолжения осады Пскова? - с улыбкой спросил Всеслав.
   - Что ж, не гневайтесь ваша светлость, но осада крепости всегда сулит неприятности, она губит наше войско и подрывает его боевой дух. Кроме того, у нас заканчивается провизия, придя сюда мы не учли скудности этих земель, и со снабжением войска скоро возникнут большие проблемы. Мне кажется, что полочанам пора возвращаться домой, - спокойно ответил Ратимир.
   Улыбка сошла с лица Всеслава и он отпустил Ратимира.
   Ночью мой отец встретил князя, который о чём-то задумавшись обходил лагерь. Князь увидел сотни обваренных и окровавленных воинов, стонавших от боли. Он увидел десятки свежих могил, обречённые и разочарованные лица полочан, отогревающихся у костра. Всеславу было над чем подумать.
   На утро князь построил полочан перед лагерем, день был необычайно ясный для дождливых окрестностей Пскова. Князь Всеслав сидел на коне, в короне, заказанной когда-то его отцом князем Брячиславом в честь обретения верховной власти в Киеве. Моему отцу, по приказу Всеслава, нашли самые блестящие доспехи в войске, дали в руки полоцкое знамя и отправили к стенам Пскова. На величественном полоцком знамени, сверкающем под солнечными лучами, красовался вооружённый святой Тимофей Полоцкий, который казалось ожил под псковскими ветрами. Подойдя к стенам Пскова, отец закричал:
   - Милостивейший князь Всеслав просил передать жителям Пскова, что он впечатлён, но не стойкостью псковских воинов, которые прятались в городе, а лишь высотой укреплений Пскова. Укреплений, которые учитывая вашу бедность, мог построить только очень трусливый народ. Сегодня мы уходим, поскольку с вас, нищих и жалких, нечего взять, и мы не желаем тратить на вас время. Но пусть наш поход будет вам уроком, если вы и дальше будете мешать нашим купцам, то мы вернёмся, и непременно уничтожим ваш город. Скоро мы захватим Новгород и завладеем всей Новгородской землёй, и тогда вы сами покорно откроете ворота Пскова наместнику светлейшего князя.
   Какой-то псковский лучник, выстрелил в моего отца, но отец вовремя среагировал и уклонился от стрелы. После этого отец, в руке которого развивалось знамя, максимально выпрямился в сияющих доспехах и, гордо подняв голову - засмеялся. Тогда всё полоцкое войско начало смеяться и ликовать, поддерживая радостными криками удачу отца и решение князя Всеслава. Перед уходом домой многие полоцкие воины поклонились псковским курганам. Полочане были веселы, когда отправлялись в обратный путь, и лишь князь Всеслав был тих и мрачен.
   Так бесславно закончился поход на Псков, город постоянно окутанный непроницаемым туманом и столь же неприступный, как и мечта Всеслава о господстве на Руси.
  
2
  
   После возвращения в Полоцк князь Всеслав долго негодовал из-за неудачи под Псковом. Часто, напиваясь в компании Ратимира, моего отца и приближённых дружинников, князь обвинял полоцких купцов в предательстве, иногда он обрушивался с бранью на варягов или обвинял в обмане византийских специалистов. Он считал, что слава Полоцка погибла под Псковом, князь стал более замкнутым и озлобленным.
   Однако как бы не оценивал неудачу Всеслав, князья Ярославичи не могли себе позволить одновременно воевать с Тмутараканью и Полоцком, и не устроили ответного военного похода. В тоже время жители Новгорода, до которых дошли новости о событиях под Псковом, сильно обозлились на полоцких купцов, выгнали их из своих земель и договорились с киевлянами о торговом противодействии Полоцку. Новое столкновение Полоцка с Новгородом было неизбежно.
   Наступало время экономического могущества Новгорода. За свою яркую политическую историю жители Новгорода трижды ставили во главе столичного Киева своих князей. Новгород опередил город Полоцк, начав задолго до полочан строительство огромного Софийского собора. Богатый, блистательный и могущественный город, расположенный на реке Волхов, Новгород так же как и Полоцк, являлся одним из главных портовых городов на торговом пути "из варяг в греки".
   Практически на глазах у полоцкого князя Всеслава Новгород захватил основной поток поставки мехов, а теперь этот город и вовсе претендовал на монополию в торговле с Западной Европой.
   Узнав об изгнании полоцких купцов, Всеслав казалось даже обрадовался, в глазах князя загорелась искра надежды и на его суровом лице появилась улыбка:
   - Наконец-то мы с ними поквитаемся, судьба даёт нам второй шанс! - с нескрываемой радостью сказал Всеслав.
   Князь перестал много пить и начал готовить полоцкое войско к походу на Новгород. В год 6574 от сотворения мира полоцкое войско было снова на марше, растянувшись колонной в несколько километров, оно напоминало огромного змея, покрытого шипами копий, с переливающейся серой чешуёй из кольчуг и шлемов. Дорога снова выдалась долгой, но предчувствие реванша над новгородцами за последние годы унижений и неудач формировало в полочанах чувство участия в справедливой войне.
   Полоцкие ополченцы стойко переносили все тяготы похода и, казалось, были даже довольны, что отправились в поход на ненавистный им Новгород. Дружинники князя и варяги Эстина пили и веселились во всю при всех остановках войска на ночлег. Мой отец сидел в этом походе у костра в одной компании с дружинниками.
   Кто не видел гуляний полоцкой дружины, тому не понять её особый дух, алкогольной праздности и ощущение искреннего братства с совершенно сумасбродным поведением под громкий смех и пьяные песни.
   Вначале дружинники напивались до состояния, когда уже с трудом держались на ногах. А затем устраивали соревнование в езде на лошадях, стрельбе из лука по шлему, который ставили одному из дружинников или ополченцев на плечо, и борьбе между собой в полном доспехе. Весёлые пьянки и соревнования дружина разбавляла рассказами захватывающих жизненных историй. Эстин и его ветераны тоже участвовали в гуляниях, и варягам так же было что рассказать. И, конечно, дружинники развлекались со взятыми с собой или привезёнными из окрестностей девушками.
   Музыка, пьяные крики и смех, наполняли края, где полоцкое войско останавливалось на ночлег. Однако уже приближаясь к землям Новгорода, Ратимир и его воины, стали вести себя гораздо тише.
   Отец рассказывал, что в походе на Новгород, князь Всеслав, выпивая вино в своём шатре, как-то спросил его:
   - Твоего сына зовут Светозар? Это довольно редкое имя, отчего ты его так назвал?
   - Светлейший князь, история имени моего сына связана с богиней Ладой, - сказал уже весьма хмельной отец, и тут же запнулся, пожалев о сказанном.
   - Почему имя твоего сына связано с какой-то языческой богиней? Расскажи мне эту историю, - настороженно спросил Всеслав.
   - Когда я со Снежаной скрывался в лесу, моя беременная жена никак не могла родить. Тогда одна местная старуха сказала, что неподалёку возле реки Ружанки находится капище богини Лады, нужно принести богине жертву, и Лада поможет. Я не верил в эту богиню, но провёл ритуал. И ночью к Снежане явилась молодая девушка со светлыми волосами и венком из цветов на голове, по словам жены от тела девушки исходило тёплое свечение. Эта девушка подошла, улыбнулась и, гордо подняв голову, сказала:
   - Твоего сына будут звать Светозар!
   Потом она засмеялась и коснулась рукой Снежаны, а после девушка исчезла, и моя жена перестала чувствовать боль. Вскоре наступил рассвет, и когда лучи восходящего солнца коснулись тела Снежаны, она родила сына. Позже старуха сказала, что появление богини - это небывалый случай, нужно назвать сына так, как сказала Лада, и тогда богиня будет ему покровительствовать.
   - Ты хочешь сказать, что языческая богиня Лада существует и она приходила к твоей жене? Ну это уже слишком, я хоть и обладаю необычными способностями, но я христианин и не верю в языческих богов, больше не смей при мне нести подобную суеверную чушь. Твоей жене просто померещилось что-то в горячке! - закричал пьяный князь Всеслав.
   - Кто знает, светлейший князь, - сказал отец, но, почувствовав гневный взгляд князя, добавил, опустив голову: - На всё воля Божья.
   Князь Всеслав лишь засмеялся и налил моему отцу новый кубок.
   Во время этого похода полоцкий князь хитрыми манёврами умудрился обмануть новгородских воинов. Новгородцы знали, что полоцкое войско уже на их земле, но, как ни странно, не могли найти Всеслава.
   Вся игра закончилась тем, что новгородцы обнаружили полоцкое войско перед самым Новгородом, на реке Мсте.
   Войско Новгорода не уступало полоцкому по размерам, новгородцев возглавлял князь Мстислав Изяславович, сын великого князя Киевского. Именно князь Мстислав выгонял полоцких купцов в последнее время, и все полочане его ненавидели.
   Полоцкие и Новгородские воины построились в боевой порядок на противоположных берегах реки Мсты. Князь Мстислав выглядел очень самоуверенным и весёлым, что ещё больше злило полочан.
   - Сейчас повеселимся, - прошептал моему отцу Ратимир.
   По приказу князя Мстислава, чтобы неожиданно напасть, новгородцы скрытно стали перебираться на противоположный берег ниже по течению. Но отлично организованные разъезды полоцкого войска, заметили врагов и постоянно докладывали князю Всеславу о переправе вражеских воинов.
   При этом долгое время, полочане ничего не предпринимали, спокойно отсиживаясь в своём лагере. Только когда около четверти новгородского войска перебралось на другой берег, князь Всеслав подошёл к Ратимиру и сказал:
   - Пора!
   После чего всё полоцкое войско оставило свой лагерь, и ускоренным маршем двинулось на встречу вражеской переправе. Вскоре, негодующий князь Мстислав лишь беспомощно наблюдал, за истреблением части его воинов превосходящими силами полочан. Из перебравшихся к полочанам новгородцев, спастись не удалось никому.
   - Тоже мне, умник! - сказал с усмешкой Ратимир после расправы над воинами Новгорода.
   Из-за понесённых потерь, Мстислав послал гонцов в Новгород для набора подкрепления, однако сам он уйти никуда не мог, ему нужно было не допустить переправы полочан к Новгороду.
   В полоцком лагере князь Всеслав отметил с Ратимиром, Эстином и Вадимом истребление части врагов. На пирушке Вадим предложил свой план дальнейших действий, который очень удивил князя. Было решено действовать по плану Вадима.
   Новгородское войско той ночью внимательно следило за полочанами, князь Мстислав лично обходил все посты. На противоположном берегу горели костры, свет которых отражался в шлемах и кольчугах полочан, были слышны разговоры, видны перемещения воинов. Князь Мстислав вздохнул с облегчением, полочане всё ещё перед ним, за рекой.
   Каково же было удивление Мстислава, когда в свете восходящего солнца, на противоположном берегу он увидел лишь горстку людей, тушащих костры. Вместо полоцких воинов, перед кострами были охапки соломы и хвороста, частично одетые в кольчуги и шлемы.
   Одним из людей тушащих костры в полоцком лагере был Вадим, подойдя к берегу он засмеялся и закричал:
   - Трепещите новгородские псы, потому что теперь вы будете сражаться не только с полоцким войском, но и со мной.
   Внезапно за спиной новгородцев загудели трубы и застучали барабаны. Со стороны Новгорода показалось построенное в боевой порядок войско князя Всеслава. Мстислав пришёл в отчаяние, новгородцы оказались прижаты к реке и никакой возможности манёвра или отступления в город не было. Все, что мог сделать Мстислав, это отдать приказ о срочном построении.
   Стычка войск началась с конной сшибки дружин и наёмников. Блистательные всадники - дружинники Ратимира и варяги Эстина, сверкая доспехами, кинулись на новгородцев, и под звон мечей начали теснить дружину и наёмников Новгорода. Воины Мстислава отчаянно сопротивлялись, но отступали под яростным напором врагов. В какой-то момент дружинники Новгорода дрогнули и один за другим бросились к строю своих ополченцев.
   Победа дружины Всеслава воодушевила полоцкое ополчение, которое во время стычки дружин лишь следило за происходящим со стороны.
   Далее последовал одновременный удар полоцкой дружины и ополченцев по растерянному и расстроенному новгородскому войску. Новгородцы были хорошими воинами, но с ними не было талантливого Вадима и закалённых варягов Эстина. Вскоре началось паническое бегство части воинов князя Мстислава, которых преследовали и вырезали полочане.
   Некоторые новгородцы попыталась перебраться на другой берег, но в панике это было сложно сделать. Кроме того стояла поздняя осень, и далеко не все воины, попавшие в холодную воду в доспехах, могли доплыть до противоположного берега. Тех же, кто всё-таки умудрялся переплыть, уже поджидал Вадим с отрядом полоцкой конницы.
   Вадим заранее разложил на берегу охапки хвороста и соломы, и когда новгородцы бросились в реку, он поджёг береговую линию. Счастливчики из Новгорода, переплывшие через бурную реку и прошедшие сквозь стену огня, автоматически попадали под удар отряда Вадима.
   Через какое-то время новгородцы осознали, что на противоположном берегу их ждёт смерть, спастись можно только в реке, и это еще больше усилило панику.
   Отступление дружины Мстислава расстроило ряды новгородских ополченцев, которые теперь не могли эффективно обороняться. Казалось, Эстин и его наёмники обезумили, с яростными криками они врезались в неуклюжий строй новгородцев, прорубая себе дорогу. Эстин, чуть не на голову выше воинов Новгорода и практически неуязвимый для неопытных ополченцев, напоминал разящего воинственного бога из древних скандинавских легенд. Ратимир же действовал без криков, гораздо более дисциплинированно, при этом не менее ловко, расправляясь с врагами, однако по лицу Ратимира было видно, что и он вошёл в раж. Только с одного налёта Ратимир отбил нападение двух новгородских ополченцев, после чего расправился с ними и ещё тремя их товарищами. Полоцкое ополчение, озлобленное поведением новгородцев в последние годы, сражалось с особой ожесточённостью.
   Ярость полочан резко контрастировала с растерянностью новгородцев.
   Князь Мстислав, увидев разгром своего войска, пришёл в замешательство, а затем сел в лодку и поплыл по течению реки. Большая часть новгородских дружинников также сбежала.
   Полоцкие лучники не могли достать князя Мстислава, но Вадим со своим степным луком, вполне мог с этим справиться и не собирался упускать такой шанс.
   Наблюдая бегство новгородского князя, Вадим достал свой составной лук и, поджигая заготовленные стрелы, стал стрелять по лодке Мстислава.
   Двое дружинников Мстислава были убиты стрелами, на лодке начался пожар, который приближённые новгородского князя отчаянно пытались потушить. Сам Мстислав согнулся в три погибели, осыпая бранью полочан и прячась за борт лодки.
   Увидев испуганного князя Мстислава, бегущего с поля битвы в лодке, князь Всеслав засмеялся и закричал:
   - Куда же ты, Мстислав? Где теперь твоя самоуверенность? Это тебе не полоцких купцов избивать!
   Новгородские ополченцы были рассеяны и частично перебиты, а частично спасались бегством - это был конец, Новгород остался без защитников.
   После разгрома вражеского войска полочане спешно устремились к Новгороду. Князь Всеслав заранее заслал в Новгород отряд варягов, которые должны были изображать купцов, а в нужный момент перебить охрану и открыть главные новгородские ворота. Но Вадим выступил против нападения варягов на охрану главных ворот, при подходе полочан к Новгороду.
   - Увидев огромное вражеское войско, новгородцы будут вдвойне осторожны, и усилят охрану. В Новгороде ещё осталось достаточно защитников, чтобы справиться с отрядом наёмников, и тогда Новгород мы взять не сможем! - сказал князю Вадим и предложил новый план действий. Князь снова похвалил Вадима и согласился с его предложениями. К отряду варягов, ожидающему в Новгороде, послали почтовых голубей с новыми указаниями.
   Как только стемнело, к воротам Новгорода подъехал отряд полоцких воинов, держащий трофейное новгородское знамя. Во главе полоцкого отряда был сам Вадим, который вступил в переговоры со стражей ворот. Вадим утверждал, что сопровождавший его отряд - из Новгорода, уцелевший в битве с полочанами. Новгородцев сбивала с толку темнота, знамя и то, что Вадим вёл переговоры, очень правдоподобно пародируя голос помощника новгородского воеводы. Умение говорить чужими голосами было одним из талантов Вадима, и мой отец тогда подумал, что есть что-то демоническое в этом полочанине.
   Пока стражники Новгорода пытались в темноте разобраться, кто у главных ворот, охрана стен ослабла. Тогда к запасным новгородским воротам подошли подкупленные полоцким князем варяги. Изображая любопытных купцов, они неожиданно напали и перебили стражу у ворот.
   Затем варяги открыли захваченные ворота, и полоцкое войско ворвалось в город.
   Всеслав ликовал и светился от счастья.
   - Вам нужен был Новгород, так берите его! Сегодня этот город с его богатствами и жителями ваш! Отомстите новгородцам сполна, за всё, что они сделали Полоцку! - кричал Всеслав полоцким воинам.
   Среди воцарившейся в городе вакханалии грабежей и насилия лишь сам князь Всеслав, его сыновья, Ратимир, Вадим и ещё пару десятков человек, включая отца, просто осматривали захваченный город.
   Князь Всеслав вместе с Вадимом подъехал к новгородскому Софийскому собору. Вадим медленно объехал вокруг собора, внимательно рассматривая этот храм, а затем спустился с коня и перекрестившись зашёл внутрь. По расчётам Вадима новгородский Софийский собор был несколько шире полоцкого собора. Факт превосходства новгородского храма Всеславу сильно не понравился и он позвал к себе представителя Полоцкой епархии.
   - Кажется, у нас в Полоцке проблема с колоколами? - спросил князь у монаха.
   - Да, ваша светлость, такая проблема с Софийским собором у нас есть, - несколько растерянно ответил монах.
   - Снять с новгородского Софийского собора колокола! Мы возьмём их с собой в Полоцк! - приказал Всеслав дружинникам.
   Приказ князя был тут же исполнен, самый почитаемый новгородцами храм был осквернён снятием колоколов, Великий Новгород был унижен.
   Ночью, после взятия полочанами города, начался необычный звездопад.
   Вдобавок пошли слухи, что кто-то из ополченцев видел в городе Святого Тимофея, который ходил по улицам и ругал полочан за грабеж.
   Эти слухи и звездопад напугали простых воинов, к тому же представители Полоцкой епархии заговорили о приближением Конца Света. Узнав о волнениях, князь Всеслав лично вышел к своему войску со знаменем в руках и сказал:
   - Полочане, сегодня даже звёзды падают к вам в руки, - при этой фразе князь согнул руку в локте и указал на звёздное небо. - Исполнилась ваша и моя мечта, мы отомстили врагам и вернёмся в Полоцк с богатыми трофеями. Но вы получили гораздо больше, чем богатство и восстановление справедливости, сегодня вы обрели бессмертие и великую славу, и что бы дальше не произошло, ваши потомки всегда будут помнить, как вы отважно сокрушили новгородское войско и захватили Великий Новгород. Ваши подвиги никогда не будут забыты. Так что же вы загрустили, мои соотечественники? Новгород у ваших ног, идите и развлекайтесь в своё удовольствие.
   Полоцкие воины поддержали князя радостными криками и разбрелись по Новгороду. Три дня продолжалось разграбление в городе под веселье и пьяную гульбу полочан.
   На третий день нахождения полочан в Новгороде в резиденцию новгородских князей, где остановился Всеслав, вошёл непривычно богато одетый Эстин. Отца, как и всех из ближайшего окружения Всеслава, также поселили в резиденции. Когда Эстин пришёл к Всеславу, отец находился на приличном расстоянии от князя и Эстин видимо решил, что отец ничего не услышит.
   - Приветствую вас, светлейший князь, у меня есть к вам разговор! - несколько волнуясь сказал Эстин.
   - Что ж, говори, - ответил князь Всеслав, рассматривая красивый меч, украшенный драгоценными камнями, принесённый ему дружинниками.
   - Я тут со своими людьми посоветовался, что если вы поставите меня полоцким наместником в Новгороде? Самому мне такой город, конечно, не удержать, но я пошлю за своими братьями и товарищами, и с вашей помощью, думаю, это будет возможно. Я, конечно, буду вам верно служить, предоставлю все возможные льготы полоцким купцам и начну выплачивать вам дань. Что скажете, ваша светлость? - сбивчиво произнёс обычно бесстрашный Эстин.
   Ошарашенный и поражённый наглостью варяга, Всеслав чуть не выронил меч. Лицо полоцкого князя покраснело и исказилось от гнева.
   - Что я скажу? Это твоя самая идиотская идея, вы, варяги, тупее селёдки, которую жрёте днём и ночью в своих наскальных лачугах. Даже если бы я решил оставить в Новгороде наместника, что неизбежно привело бы к войне со всей Русью, неужели ты думаешь, у меня не нашлось бы лучшей кандидатуры на эту должность, чем наёмник-чужестранец? Это же Новгород, город не уступающий Полоцку, ты возомнил себя равным мне, Эстин? Если ты богато одет, это ещё не делает тебя князем! А даже будь я настолько глуп, чтобы оставить тебя наместником, да ты меня завтра же предашь и вступишь в союз с Киевом, если тебе это будет выгодно!
   - Хотелось бы напомнить вашей светлости о его отце, князе Брячиславе, который оставлял целую область в полоцких землях под управлением варяга Эймунда, когда основывал свой двор в Киеве. Ваш отец доверял варягам даже собственные земли, а я прошу чужой город и под вашим контролем. Война с южнорусскими князьями уже идёт, её начала можно не опасаться, и я считаю, что не заслужил недоверия. Если светлейший князь откажется от моего предложения, я и мои воины немедленно покинем полоцкое войско, что существенно ослабит Полоцк в преддверии большой войны, - уязвлённым тоном сказал Эстин.
   - Ты ещё смеешь мне угрожать? Можешь убираться вместе со своими вонючими рыбаками, когда тебе вздумается. Мне же лучше, тогда жалование за последнее время я тебе выплачивать не стану. Что касается моего отца и варяга Эймунда, то тогда варяги помогли моему отцу занять киевский престол. Эймунд был князем, спасшим полоцкие земли, и в управление получил только Браслав. Ты же всего лишь жалкий наёмник, и учитывая твоё желание покинуть меня во время войны, ещё и предатель!
   От слов князя, Эстин пришёл в ярость:
   - Вы поплатитесь за свою несправедливость! - закричал Эстин и, развернувшись, стал уходить из резиденции быстрым сбивчивым шагом. В этот момент, по сигналу Всеслава, один из дружинников князя оглушил ничего не подозревающего варяга. Эстин грузно рухнул на землю, после чего дружинники князя его связали и привели в чувство холодной водой.
   - Думаешь я не знаю откуда появилась твоя дерзость? Ты ведь пожелал заполучить мою жену? Обыщите его! - рявкнул Всеслав, и дружинники, обыскав сопротивляющегося Эстина, достали из его доспехов кошелёк с серебром, оружие и брошь Катарины.
   Значит, это правда, - сказал Всеслав, задумчиво рассматривая брошь. В это время в покои вошла взволнованная княгиня Катарина и обеспокоенно обратилась к Всеславу:
   - Что здесь происходит?
   - Ведь это твоя брошь? Говорят, пьяный Эстин похвалялся ей перед своими людьми, и рассказывал им о твоей с ним измене, позорил меня и тебя! - сказал Всеслав и швырнул брошь Катарине. Взгляды княгини Катарины и Эстина встретились, в глазах варяга появилась мольба, он словно просил у Катарины незаслуженного прощения. Но будто какая-то связь между сердцами и душами Катарины и Эстина оборвалась, княжна опустила взгляд и на её лице появились слёзы.
   Больше мне с ним разговаривать не о чем! Отрубить ему голову! - сказал Всеслав, и дружинники князя, выполняя приказ, скрутили Эстина и поставили его на колени.
   - Нет! Ваша светлость, я прошу пощадите его! - взволнованно закричала Катарина, и схватила за рукав Всеслава.
   На мгновение в тереме установилась тишина, затем Всеслав подошёл вплотную и наклонился к стоящему на коленях Эстину.
   - Скажи спасибо моей жене, за то, что я сохраняю тебе жизнь! Ты предал и меня и её, и тебе с этим жить! А теперь вышвырните эту мразь отсюда! - рявкнул Всеслав, и по его приказу дружинники потащили связанного Эстина из терема, по пути его избивая.
   Потрёпанного безоружного варяга выбросили во двор, дружинники разрезали верёвки и швырнули Эстина в грязь. Окровавленный Эстин с трудом смог подняться. На крыльцо терема вышла испуганная княгиня Катарина. Некогда блистательный щёголь Эстин, теперь хромающий и грязный, представлял собой жалкое зрелище. Но больше всего оскорбило Эстина то, что его унизили перед княгиней. После многолетней верной службы Эстина, князь не дал ему шанса ни защититься, ни объясниться с любимой. Вслед за Катариной во двор вышел и Всеслав.
   - Убирайся! И чтоб больше я тебя никогда не видел! - закричал разъяренный князь.
   - Однажды я вернусь! - сказал Эстин и хромая покинул двор.
   Вскоре к Всеславу подошёл озадаченный Вадим.
   - Ваша светлость, нужно убить Эстина. В его дружине есть новые люди, и я мог бы подкупить кого-нибудь из них. Поступок конечно гнусный, но это избавит нас от возможных проблем с варягами в будущем, - сказал Вадим, посмотрев на князя.
   - Нет, Изяславичи так не поступают. Эстин служил мне верно и спас мою жену, я отпустил его и не нарушу своё слово! - жёстко сказал Всеслав.
   Перед тем, как вернуться домой, полочане по приказу князя Всеслава, подожгли Новгород. Глядя на огромный пожар, охвативший город, отцу вспомнились многие пожары и гонения, через которые он прошёл, даже сейчас огонь постоянно сопровождал его. Ни к такой жизни он стремился, когда отправлялся в Полоцк.
   Домой князь Всеслав возвращался уже без варягов, в Полоцке князя встречали и чествовали как победителя, завоевавшего великую славу Полоцку. Войско полочан вернулось в серебре и золоте. Вскоре увеличился и торговый поток купцов, которые предпочли отстраивающемуся Новгороду, богатый и уютный Полоцк.
   Однако, несмотря на радость за одержанную над Новгородом победу, Всеслав часто задумывался о судьбе новгородцев. Это странно, но к старым проверенным врагам у людей складывается особое отношение. Они играют свою роль в нашей жизни, и зачастую роль не меньшую, чем друзья. Кровные враги - они настоящие, без притворства и фальши, и ненависть к ним тоже яркая и настоящая. Борясь с врагами, особенно давними, мы самоутверждаемся и находим своё место в жизни, а, значит, враги участвуют в нашем формировании, они часть нас самих. И, сокрушив кровных врагов, таких понятных и знакомых, мы сокрушаем часть самих себя, часть своего прошлого и подсознательно осознавая это, вместе с радостью чувствуем и грусть.
   К тому же князь Всеслав был праведным христианином, и победы, достигнутые массовыми убийствами и жестокостью, он не считал нормальным явлением.
   Всеслав постоянно вспоминал о Тимофее Полоцком, ругавшем полочан в Новгороде. После возвращения из похода князю стало неуютно находился в церкви Иоанна Предтечи, и в сердце князя появилось тревожное чувство приближающейся катастрофы.
  
3
  
   Беда не заставила себя долго ждать, менее чем через год Всеслав узнал, что тмутараканский князь Ростислав был отравлен византийцами. Половцы, к разочарованию Всеслава, так и не стали смертельной угрозой для степных границ Руси. Теперь Ярославичи были готовы выставить все свои силы против князя Всеслава.
   Вскоре пришли новости об осаде города Менска огромным войском южнорусских князей. Менск был очень важным торговым центром Полоцкого княжества, и Всеслав отправил на выручку менчанам небольшой отряд конницы во главе с Вадимом. Задача у Вадима была одна: задержать войско Ярославичей как можно дольше, пока князь Всеслав соберёт всё полоцкое войско с окраин.
   Вадим и тут показал свои таланты в полной мере. Построив местных стариков и женщин в боевой порядок и одев находящихся по краям строя в кольчуги и шлемы, Вадим со своим отрядом стал приближаться к городу Менску под звуки труб и барабанов. Но как только Вадим встретил разъезды Ярославичей, он тут же распустил крестьян по домам, а сам со своим отрядом спрятался в лесной глуши. Киевские и новгородские разъезды сообщили своим князьям, что видели, как приближается большое полоцкое войско, и новгородский князь Мстислав подтвердил, что от полочан можно ждать чего угодно. Ярославичи потратили два дня на поиски войска Всеслава, но, естественно, никого не нашли.
   К сожалению, Вадим не смог спасти Менск, без полоцкого войска этот город был обречён. Ярославичи спалили Менск дотла, менских воинов перебили, а женщин и детей забрали в рабство. Тогда Вадим ворвался ночью в лагерь Ярославичей, поджёг их обоз, освободил пленников, и часть телег с провизией умудрился увезти с собой.
   Без провизии наступление на Полоцк было немыслимо, но когда Ярославичи отправили своих воинов за съестными припасами в окрестности Менска, местные жители и отряд Вадима их всех перебили. Неуловимой разящей тенью отряд Вадима кружил вокруг врага, оставаясь вне его досягаемости.
   Вскоре Вадиму передали, что приближается князь Всеслав с полоцким войском, и Вадим отправился на встречу князю. Всеслав собрал кого только смог из подвластных ему городов и союзников, в том числе и балтов. Битва состоялась через два дня после объединения с Вадимом.
   Оба войска выстроились возле реки Немиги, они насчитывали тысячи воинов, но войско Ярославичей в два с лишним раза превышало людей Всеслава по численности. Всеслав, видя гибельность этой битвы для полочан, отправил к Ярославичам своего дружинника с предложением мира и откупа.
   Из трёх братьев Ярославичей лишь средний по старшинству, правитель Чернигова - князь Святослав, был готов к переговорам, но его братья, Изяслав и Всеволод, отказались от переговоров и приказали отрубить голову посланнику Всеслава.
   Полочане удивились такой жестокости и пришли в негодование. Всеслав был разочарован и приказал полочанам готовиться к бою.
   Был сильный снегопад, и оба войска различали лишь очертания друг друга. Глядя на вьюгу, рисующую в небе движения таинственных фигур, варяги заявили, что их боги уже здесь и будут наблюдать за битвой.
   Снова сражение началось со стычки дружин и наёмников. Возможно, в тот момент Всеслав пожалел, что разговаривал так жёстко с Эстином, так как варяги из городов Полоцкого княжества и новые наёмники явно уступали молодцам Эстина. И все же рубка была отчаянной, вновь и вновь Всеславу казалось, что Ратимир погибнет под натиском сменявших друг друга волн вражеских дружинников. Но каким-то чудом Ратимир умудрялся отбивать все атаки и выходить из окружения, отправляя на землю всё новых отважных воинов. Однако силы были не равны, и вскоре наёмники Всеслава дрогнули и стали отступать, а полоцкая дружина сражалась отважно, но безнадёжно и таяла на глазах.
   - Если дружину перебьют, битва будет проиграна, - задумчиво сказал Всеслав и дал команду к наступлению ополченцев.
   Стройной линией полоцкие копейщики врезались в дружинников южнорусских князей. Дружинники и наёмники Ярославичей начали отступать, и тогда киевский князь Изяслав дал команду к наступлению большей части общего войска. Ополченцы Ярославичей двинулись на полоцкое войско стеной, как показалось моему отцу, превосходящей полочан в два раза. Тут в войске Всеслава, начали отступать балты, после чего воинов Всеслава стало чуть не в три раза меньше войска атакующего врага. Вожди балтийских племён заранее договорились, что если битва будет кровопролитной, они не станут погибать за интересы Полоцка.
   Князь Всеслав помолился, а затем обратился к полочанам:
   - Братья полочане, чтобы не случилось, держите строй и сохраняйте дисциплину. Помните, что перед вами всего лишь трусливый сброд. Повторения судьбы Рагвальда здесь не будет, наша смерть слишком дорого обойдётся Ярославичам!
   Воины Всеслава и южнорусских князей сблизились, и началась рубка. Но напрасно князь Изяслав смеялся и шутил со своими братьями, после отступления балтов, над безнадёжным положением Всеслава. Вскоре улыбка сошла с лица Изяслава.
   Дисциплинированные и хорошо подготовленные полоцкие ополченцы, которые считали войну с Ярославичами справедливой, не спешили отступать. С яростным напором полочане ударили по врагу, численное превосходство войска трёх братьев ничего не давало, поскольку задние шеренги не могли помочь воинам, стоящим впереди. Войско южнорусских князей вначале остановилось, а затем их воины, стоящие в первых рядах, стали падать замертво один за другим.
   Перед полочанами стояли их исконные враги, которые вторглись на их землю. И полоцкая военная машина, созданная ещё князем Брячиславом, показала всю свою мощь. Полочане смеялись и подбадривали друг друга, призывая киевлян и новгородцев подойти ближе.
   Ужасающий звук разрубаемых костей и плоти разнёсся по берегу Немиги, казалось, людей Всеслава ничто не может остановить, и в войске Ярославичей началась паника.
   Попытки обойти полочан с флангов, также ни к чему не привели, полоцкие дружинники отразили вражеское нападение.
   В какой-то момент победа Всеслава была уже близка. И тогда князь Изяслав направил в сражение оставшуюся часть воинов. Свежие силы южнорусских князей оттеснили полоцкую дружину, начали окружать войско Всеслава.
   - Не унывайте, полочане, ударим сильнее по врагу, звезда Полоцка ещё не закатилась! - закричал Всеслав и бросился на коне в самую гущу сражения.
   - Князь с нами! - раздались радостные крики полоцких воинов.
   Войско Всеслава усилило напор, гул воинов и звон стали смешался с воем пурги. Полочане погибали, но и потери войска южнорусских князей были ужасающими.
   - Да из чего сделаны эти полочане, в таком безвыходном положении как у них, мои люди уже давно бы разбежалось! - озлобленно сказал киевский князь Изяслав.
   - Не наговаривай, дорогой брат, наши воины и так всё ещё могут разбежаться! - сказал черниговский князь Святослав. В отличие от своих братьев, Святослав был против избиения полоцких купцов, и даже предлагал признать Всеслава номинальным соправителем Киева, соблюдая договор с Полоцком. И теперь этот князь был против длительной войны с Всеславом, ведь у границ Чернигова были половцы, которые только и ждали отсутствия князя.
   Через некоторое время, войско Ярославичей начало брать верх над полочанами. Как бы ни были отважны и стойки полоцкие воины, в сражении с такой разницей в численности, да к тому же со свежими силами врагов, они были обречены.
   Все полочане вступили в бой вместе с князем Всеславом. Отец сражался с копьём среди ополчения, Ратимир отчаянно защищал полоцкое знамя, Вадим бился с вражеской конницей.
   Но переломить ход битвы было уже невозможно, князь Всеслав мог лишь наблюдать, как погибают те, кто в него верил. Весь цвет полоцкого войска, дружинники и ветераны битвы при Судомире, молодые полочане и наёмники - все сражались очень отважно и достойно, но не могли противостоять войску всей Руси.
   Снег невесомой тканью пурги укрывал павших полочан и их врагов, лежащих возле сияющей, хрустальной речки Немиги. Тысячам воинов было уже не суждено подняться с белоснежного зимнего полотна, покрытого кровавыми узорами отваги, напоминавшими узоры полоцких ручников.
   Отец впоследствии вспоминал, что на бранном поле у Немиги полоцкие воины встречали смерть очень мужественно. Они осознавали самопожертвование в этой битве, как необходимость для счастья своей Родины. И, погибая среди своих братьев, полочане не были одиноки.
   Но среди этих бескрайних однообразных снегов и суровой завывающей пурги по-настоящему одинок был князь Всеслав, неся на себе тяжесть вины за произошедшую катастрофу.
   Князь Всеслав рубил головы врагов со стойкостью обречённого, и около его коня уже начала складываться гора мёртвых тел. Но вражеские дружинники усилили напор на Всеслава и скинули его с коня, а какой-то знатный киевлянин оглушил Всеслава булавой. При виде своего князя, скинутого на землю, полочане озверели и начали оттеснять воинов южнорусских князей от тела Всеслава.
   Ратимир с дружинниками прорубился к князю, Всеслава положили на повозку и начали увозить с поля битвы.
   Ратимир и Вадим посовещались и решили, что всё кончено, битва проиграна. Вадим стал трубить, давая знак к отступлению, теперь каждый спасался как мог.
   Киевский князь Изяслав, увидев Всеслава лежащим без сознания на повозке, снарядил большой отряд, чтобы захватить полоцкого князя.
   Ратимир с Вадимом и моим отцом, успели отъехать от поля битвы лишь на несколько сотен метров, когда услышали стук копыт приближающейся конницы и увидели огромный отряд воинов южнорусских князей. Ратимир и полоцкие дружинники понимали, что с телом князя, уже не успеют никуда сбежать. И тогда дружинники Всеслава помолились и вынули из ножен оружие, так же поступили Вадим и отец.
   - Ну что, братья, не дадим князя в обиду! - громко обращаясь к дружинникам, сказал Ратимир.
   Полоцкий отряд, сопровождавший тело князя, был слишком мал, но никто не собирался бросать Всеслава, полочане готовились к смерти.
   И когда уже казалось, что всё кончено, из леса неожиданно вышли вооружённые балты. Те самые воины из балтийских племён, которые ушли в начале битвы Всеслава с Ярославичами.
   - Спасай князя, Ратимир, а мы остановим ваших врагов! - сказал сын вождя племени ливов по имени Гутувер.
   - Странный народ эти балты, но что-то достойное в них всё же есть!- подумал тогда отец.
   С яростным криком балты накинулись на отряд, который гнался за Всеславом. Звон стали и ужасающие крики оставались где-то позади, отец возвращался домой, а вскоре и князь Всеслав пришёл в себя.
  
4
  
   - Как вы посмели увезти меня с поля битвы? - сказал, очнувшись, князь Всеслав.
   - Светлейший князь, пока вы живы, жива и надежда полочан на победу над врагами и возвращение славы и величия нашему городу! - взволнованно сказал Ратимир.
   - Глупости, Полоцком остались бы править мои сыновья, а я должен был погибнуть в битве у реки Немиги вместе со своим войском. Как мне теперь смотреть полочанам в глаза? Матерям и сыновьям погибших, ты подумал, Ратимир?
   Но по возвращении в Полоцк никто не обвинял Всеслава. Полочане понимали, что князь сделал всё возможное и чуть не погиб сам в битве у Немиги. Но положение было очень сложное, нужно было восстанавливать войско, на подготовку которого требовалось время, необходимо было нанять новых варягов и пополнить дружину. Но наёмники не спешили идти на службу к Всеславу, понимая отчаянность его положения. Набор новых воинов в войско также затруднялся, слишком велики были людские потери.
   Ярославичи после столь кровавой битвы, не решились идти на Полоцк. Сами братья пришли к выводу, что князь Всеслав действительно достойный правитель, а полочане очень хорошие воины. Как ни странно, но после битвы у Немиги, авторитет князя Всеслава значительно вырос в городах, подвластных Ярославичам.
   Киевский князь Изяслав предложил план постепенного разграбления полоцких земель, частыми набегами без крупных сражений, его братьям этот план понравился.
   Следующий период стал особенно тяжёлым для Всеслава, постоянно приходили вести о бесчинствах врагов в полоцких землях. Всеслав ничего не мог сделать, отец рассказывал, что князь вновь начал много пить.
   Вдобавок в лесах неподалеку от Полоцка завёлся огромный чёрный вепрь, который стал докучать жителям окрестных сёл. По рассказам очевидцев, вепрь был более трёх метров в длину, и на вид весил больше трёхсот килограмм. Сельские жители пытались убить его, но ничего не выходило. Наконец этот зверь настолько стал мешать полочанам, что князю Всеславу на него пожаловались.
   Охота на вепря несколько отвлекла князя Всеслава от его проблем, князь явно повеселел. Организовав отряды из сельских жителей и взяв с собой дружинников, князь отправился на охоту.
   Вепрь как раз разгуливал в окрестностях Полоцка. Общее дело сплотило князя и народ после недавнего поражения. Князь Всеслав, одетый в сияющие доспехи, в сопровождении своих дружинников выследил вепря, но увидев приближающегося князя, вепрь бросился бежать. Тогда Всеслав отправил в погоню за вепрем лаек, они были местной породы, чьих предков, диких собак, приручили жители этих земель, десятки веков назад. Князь сиял от счастья, отдавая приказы и торопя дружинников в предвкушении добычи:
   - Жалкая лесная тварь, нападать на моих подданных? Я тебя убью, затем тебя поджарят и угостят тобой всех нищих Полоцка. Иной участи ты не достоин, как быть съеденным бездельниками и попрошайками. Пусть они помнят, что порядок и достаток идут рука об руку.
   Под крики сельских жителей, топот лошадей и лай собак, вепрю каким-то чудом удалось уйти от погони и скрыться в туманном лесу. Конечно, с этим вепрем в конце концов разобрались бы, но у князя появились дела поважнее.
   Вскоре через полоцкого епископа, поступило предложение Ярославичей о заключении мира.
   - Я не доверяю этим псам, они не могут вести со мной длительной войны из-за половцев, и постараются захватить меня в плен! - ответил Всеслав на послание, переданное епископом.
   - Ярославичи дали клятву крестоцелования о том, что вы будете в безопасности! Коме того, ваша светлость видимо не понимает всей безнадёжности ситуации, полоцкие земли приходят в разорение, и, боюсь, у князя просто нет выбора, - возражал Всеславу епископ Никифор.
   - Они могут потребовать часть земель Полоцкого княжества, а такие вопросы я не могу решать без своих сыновей! - стал спорить Всеслав.
   - Пусть ваша светлость возьмёт сыновей с собой, Ярославичи не приступят клятвы, церковь гарантирует полоцким князьям безопасность!
   После долгих уговоров епископа, Всеслав согласился довериться церкви и врагам. Князь отказал Ратимиру и Вадиму, которые порывались ехать на переговоры вместе с князем, было решено что Ратимир и Вадим будут следить за порядком в Полоцке. Отец также остался в городе и дальнейшие события знал из рассказов сына Всеслава князя Бориса.
   Переговоры были назначены возле города Орши, на берегу Днепра стояли яркие огромные шатры Ярославичей, чуть колеблющиеся на ветру.
   Когда князь Всеслав с сыновьями, епископом и частью дружины приехал на место, был уже вечер. Красное солнце, уходившее за горизонт, отражалось кровавыми сверкающими проблесками на волнах Днепра, сухие травы отбрасывали длинные мечущиеся от ветра тени, день отступал, отдавая землю во власть ночи и тьмы.
   Всеслава встретил улыбающийся ехидной улыбкой киевский князь Изяслав. Эта улыбка и странное поведение Изяслава, насторожили полоцкого князя. Киевский князь поприветствовал Всеслава, его сыновей и епископа, после чего лично проводил Всеслава к шатрам. Но как только Всеслав зашёл в шатёр, на него накинулись варяги и дружинники Ярославичей. Люди Всеслава, попытавшиеся прийти на помощь князю, были перебиты в схватке с воинами, вышедшими из соседних шатров.
   - Лживые твари! Вы ничем не лучше своего отца, предателя и братоубийцы! - закричал Всеслав, которому враги даже не дали вытащить меч, намертво скрутив его.
   - Это беззаконие, вы нарушаете клятву! - закричал протестуя полоцкий епископ.
   - Ваше преосвященство, мы не нарушаем клятвы, полоцкий князь с сыновьями будет в безопасности, и я не знаю места безопаснее киевского поруба, - с усмешкой сказал епископу Изяслав.
   Полоцких князей отправили в Киев, где заточили в поруб, как и обещал киевский князь.
   Попав в поруб, князь Всеслав услышал странные шорохи, но в темноте ничего не было видно.
   - Да это никак сам князь Всеслав, из-за которого нас здесь заточили! Как нам сегодня повезло, теперь он ответит нам за всё! - послышался из темноты жуткий надрывный голос.
   - Борис и Давыд, станьте ближе! - жёстко сказал Всеслав обращаясь к своим сыновьям. В кромешной тьме завязалась драка, и полоцкий князь с сыновьями не уступили узникам поруба.
   - Хватит, князь защищал свои земли и сражался очень достойно. Простите их ваша светлость, мы дружинники князя Мстислава, и нас посадили в поруб из-за поражения новгородского войска на реке Мсте, - сказал уже другой голос из темноты, и после его слов стычка прекратилась.
   - Кто ты такой? - обратился Всеслав к вступившемуся за них узнику.
   - Меня зовут Милослав, я киевлянин и был старшим дружинником князя Мстислава. Теперь мы все в одной яме и должны научиться выживать вместе.
   Князь Всеслав сел на землю в порубе и прислонился к стене, ему было о чём подумать. Из правителя могущественного княжества он превратился в обитателя поруба. Его княжество было разорено, большая часть войска и дружины перебита. Ярославичи могли ликовать.
  
5
  
   Шли недели и казалось, что о князе Всеславе и его сыновьях уже все давно забыли. Через несколько месяцев заточения в темноте, князь Всеслав начал слышать странные шумы, а его сыновья, Борис и Давыд, жаловались на какие-то вспышки света и резко сменяющие друг друга, жар и холод.
   - Это всё из-за длительного нахождения в темноте, ваша светлость! - объяснял Милослав:
   - Когда месяцами живёшь без света, что-то происходит с головой. Я, сидя тут давно, подумал, а что, если всё, что видят святые, все эти ангелы, Иисус Христос или Богоматерь, голоса, которые они слышат и чудеса, которые они творят, всё это от того, что у них что-то не в порядке с разумом. Когда-то я побывал в странноприимном доме, уж там я насмотрелся на калек и сумасшедших, и знаю, о чём говорю.
   Нет, ну правда, как достигается общение с потусторонним миром? Изоляцией от людей, строжайшим постом и воздержанием, бесконечными молитвами, страданиями, поруб по сравнению с этим мелочь, что хочешь можно увидеть.
   - Не святотатствуй, Милослав! - жёстко ответил князь Всеслав.
   - И всё равно, это как с нечистью, все о ней говорят, но я как ни старался, ни разу её не встречал. Всё это сказки психов и трусов.
   Тут у князя Всеслава возникло желание превратится в волка, и продемонстрировать зазнавшемуся киевлянину, что мир устроен сложнее, чем он себе представляет. Но подумав о последствиях такого превращения, полоцкий князь сдержался.
   Вскоре Всеславу и его сыновьям, находящимся в порубе, князь Изяслав лично сообщил, что его сын Мстислав, недавний правитель Новгорода, теперь правит в Полоцке.
   Это было правдой, когда Киевское войско подошло к стенам Полоцка, и потребовало принять своим правителем - князя Мстислава, полочане, деморализованные пленением Всеслава и его сыновей, посоветовались с епископом и Ратимиром, и открыли князю Мстиславу ворота, в обмен на заверения не нарушать традиций и соблюдать порядок и законы Полоцка.
   Князь Мстислав писал своему отцу в Киев, о том, что Полоцк очень богатый и хорошо укреплённый город, не уступает его былой вотчине - Новгороду. Сам Мстислав очень сомневался, что ему удалось бы самому захватить этот город, если бы полочане не открыли ворота.
   Бывший новгородский князь так же писал, что полоцкий Софийский собор, хотя немного и уступает новгородскому по размерам, но кирпичи для него изготавливались в специальных разборных формах. Это обстоятельство удивило Мстислава, в письме он отмечал, что о такой технологии не слышал ни в Новгороде, ни в Киеве, а ведь в этих городах также строили византийские специалисты, по самым последним достижениям зодчества. Но технология изготовления строительного материала в Киеве и Новгороде была более примитивной.
   Полоцкие лучники, по словам Мстислава, были одними из лучших на Руси. В целом Мстислав был доволен новыми владениями, передавая, что Полоцк - город очень передовой, вот только его жители показались князю проще и суровее новгородцев и киевлян.
   Несколько месяцев просидел князь Всеслав в порубе со своими сыновьями. А в это время Вадим, отец и Ратимир с полоцкими дружинниками втайне собрали с полочан деньги и отправились в Киев.
   Двор полоцких князей в Киеве, основанный ещё полоцким князем Брячиславом, состоял из целого района построек, где останавливались полоцкие купцы, а местные жители отвечали за интересы города Полоцка в киевских землях.
   Группа всадников, одетых в одинаковую чёрную одежду, поверх которой звенела кольчуга, приехала в Киев под вечер. Проехав через весь город, всадники добрались до двора Брячислава, затем всадники спешились и направились к воротам полоцких владений.
   - Кто вы такие? - спросил грузный здоровый стражник, преградив полочанам дорогу.
   - Я старший дружинник полоцкого князя Всеслава, меня зовут Ратимир, а со мной дружинники полоцкого князя и его приближённые. Мы хотим поговорить с тивуном двора Брячислава!
   - Подождите здесь, мне нужно о вас доложить, - несколько удивлённо произнёс стражник. Затем он исчез за воротами и вскоре к Ратимиру вышла целая процессия озадаченных людей. По одежде вышедших хозяев двора, мой отец решил, что это очень богатые купцы. Ратимира и полочан поприветствовали и пригласили зайти в здание, после чего один из хозяев двора Брячислава обратился к гостям:
   - Меня зовут Роман, я тивун в полоцких владениях в Киеве, мне сказали, что вы дружинники полоцкого князя и хотите меня видеть!
   Тут Ратимир выхватил из-за пояса кинжал и оглушил рукояткой стоящего рядом стражника. Затем он схватил левой рукой Романа за воротник, прижал его к стене, а правой рукой жёстко приставил лезвие к горлу тивуна. Спутники Романа пришли в оцепенение и ничего не предприняли, впрочем, возможно, их остановил грозный вид полоцких дружинников, взявшихся за оружие.
   - Ну что, продажная крыса, вот и настал твой час! - рявкнул Ратимир, чуть приподнимая от земли Романа левой рукой.
   - Что вам нужно, я вас не понимаю, в чём я виноват? Я всего лишь местный тивун! - стал растерянно оправдываться Роман, и по его лицу ручьями потёк пот.
   - Да какой из тебя к чёрту тивун, если твой князь уже несколько месяцев сидит в порубе у тебя под носом, а ты даже не попытался ему помочь? Грязный пёс, да ты должен валяться в ногах у князя, за то, что он позволил тебе жить, когда киевляне не признали князя Всеслава соправителем Киева. Полоцкий князь был настолько милостив, что позволил тебе практически бесконтрольно грести под себя серебро и золото от его имени. И где твоя благодарность, жалкая тварь? Веселишься и ведёшь дела с врагами Полоцка? - при этих словах Ратимир стал нажимать лезвием поставленным плашмя, на горло тивуна чуть сильнее, причиняя Роману жгучую боль.
   Из глаз Романа потекли слёзы.
   - Пощадите меня! - закричал ошарашенный тивун. Ратимир резко отпустил его, и Роман упал на колени. Скорчившись, с жалким видом тивун стал оправдываться, прерываясь на стенания:
   - Я виноват, но что я мог сделать? Что я мог? Князь Изяслав держит нас под строгим контролем и грозиться казнить за малейшее подозрение в измене его власти. Я верен Полоцку и сделаю всё, что вы скажите, только пощадите!
   - Встань с колен Роман, отныне ты будешь служить мне и князю Всеславу и смотри, если обманешь меня, то будешь умирать медленной и мучительной смертью! - сказал Ратимир, поднимая тивуна с колен.
   Затем Ратимир, Вадим и Роман обсудили план действий: купцы из двора Брячислава попытаются подкупить охранников. Роман будет всячески убеждать знатных киевлян, обещая им большую награду, что Всеслава нужно освободить. На подкупы и другие расходы, Ратимир привёз Роману несколько десятков мешков серебра.
   Одновременно Вадим и Ратимир продумывали план нападения на охрану поруба и силового варианта освобождения князя Всеслава.
   Теперь оставалось только ждать. Роман поселил полочан в постройках для купцов. Отец прожил в Киеве несколько недель, ожидая удачного момента для освобождения князя. Но Роман посоветовал полоцким дружинникам не показываться в городе, поэтому Киев отец так и не посмотрел. Дела шли неважно, многие знатные киевские купцы соглашались с Романом, но помогать освобождению князя Всеслава на деле отказывались, боясь гнева Ярославичей. Ратимир и Вадим готовы были сделать что угодно, вплоть до убийства киевского князя Изяслава, но тут в их планы вмешались половцы.
   Прорвав пограничные укрепления, кочевники вторглись в русские земли. На реке Альте, под городом Переяславлем, звероподобных половцев, одетых в шкуры, встретило войско южнорусских князей. В короткой, но очень кровопролитной битве, Ярославичи были разгромлены. Бежавшие в Киев князья Изяслав и Всеволод, отказались давать жителям Киева какие-либо объяснения.
   Над Киевом сгущались тучи, начинался сильный дождь с ураганным ветром.
   Киевляне считали унижением потерпеть поражение от кочевников, и еще больше их возмутило, что киевский князь Изяслав смирился с поражением.
   Зазвенел вечевой колокол киевского Софийского собора. Звон вечевого колокола, иногда также предупреждал о пожаре в городе, и отец тогда подумал, что этот звон обычно предвестник неприятностей.
   На собравшемся вече разгорелись споры, киевляне позвали на вече князя Изяслава и потребовали выдать им оружие и начать новый поход против кочевников.
   - Вы собрались мне указывать, как вести себя с половцами? Я только что с ними сражался, чудом остался в живых и не собираюсь к ним возвращаться. Кочевники пограбят и вернуться в степь, тогда и будем решать, как укреплять оборону, а сейчас выступить против их огромного войска - это верная гибель, - возмущенно сказал князь Изяслав, обращаясь к собравшимся киевлянам.
   - Это он зря, горожанам нужно много обещать и выполнять их требования хотя бы в мелочах, создавая видимость их власти и уважения их мнения! - недовольно покачав головой, сказал Ратимир моему отцу, наблюдавшему киевское вече вместе с полоцкой дружиной.
   - Ваша светлость отдаст наши земли на разграбление половцам? А наших сыновей, братьев и сестёр за пределами города оставит на потеху кочевников? Одумайтесь, светлейший князь! - сказал киевский митрополит. И тут над Киевом грянул гром и блеснула молния, отразившись вспышкой на шлеме Изяслава.
   - Это моя воля и моё слово, я не потерплю неповиновения! - закричал Изяслав.
   - Да князь Изяслав трус! Он предал нас, когда сбежал с поля битвы! Убирайся прочь из Киева! - раздались озлобленные крики из толпы.
   - Давайте освободим наших дружинников и князя Всеслава, он ведь потомок князя Владимира Ясно Солнышко, Всеслав имеет все права на правление в нашем городе! - закричал знатный киевлянин по имени Игорь, подкупленный тивуном Романом.
   - Да! Освободим своих, идём к порубу! - одобрительно закричали киевляне и двинулись к месту заточения Всеслава. В этой толпе был и Ратимир с моим отцом и Романом. Дождь всё усиливался, омывая город и унося в потоках воды старую грязь и городскую пыль.
   Видя отчаянность своего положения, князь Изяслав собрал дружину и вместе с братом Всеволодом, спешно покинул Киев.
   - Слава Всеславу Брячиславовичу, великому князю Киевскому! - раздались крики из толпы выпускавшей князя Всеслава и его сыновей на свободу.
   - Простите нас, ваша светлость, за все обиды и правьте на совесть нашим городом! - сказал Всеславу, киевлянин Игорь.
   - Поклянитесь соблюдать права киевлян и подчиняться законам и традициям Киева! - сказал митрополит, поднося к Всеславу крест.
   - Клянусь! - жёстко сказал Всеслав, щурясь от непривычного света, и поцеловал крест. Тут снова над Киевом грянул гром и сверкнула молния, мелькнув в глазах киевлян и Всеслава.
   Так волколак и полоцкий князь Всеслав, впервые за историю Руси захвативший Новгород, стал правителем столичного города Киева. Он побывал хозяином трёх самых богатых и влиятельных городов на Руси.