Витрина
Журналов

Луна над Невридой №1

Комментарии
2
Волчий народ
 Отец рассказывал мне, что наши предки испокон веков жили на берегах рек Наура и Припять, и так же, как и соседние народы, они занимались земледелием и скотоводством, а в свободное от домашнего хозяйства время охотились и ловили рыбу. Но мои предки наводили ужас на соседей, так как в отличие от них они умели превращаться в волков. Особенно долго в виде волка они могли оставаться в период полных фаз Луны. Именно Луна была своеобразной волчьей звездой, она влияет на всё живое, морские приливы и отливы - это лишь наиболее заметные её проявления. Жизнь морских существ, мир растений и сообществ зверей - всё подвластно Луне, свет Луны и её сила покровительствовали моему народу.
   Мои предки помнили, что когда-то прибыли с берегов реки Вислы, покинув свои земли из-за бесконечных войн с очень многочисленными чужаками, которые поклонялись змеям и хоронили своих сородичей в глиняных урнах с изображениями человеческих лиц.
   Мой народ сражался отважно, но чужаков было слишком много, и когда встал вопрос жизни и смерти, мои предки отправились на поиски лучшей судьбы. Поднявшись по реке Науре, которую сегодня называют Нарев, мои предки поселились на берегах Припяти.
   Во время моих странствий, в Константинополе, я узнал, что о моём народе упоминал ещё древнегреческий историк Геродот. Во время своего путешествия в Великую Скифию, Геродот слышал о стране Невриде и населявшем её народе - неврах, проживающих в районе реки Припять и состоящих в военном союзе со скифами. Проводники уверяли Геродота, что невры умели превращаться в волков.
   Соседи называли мой народ неурами или неврами, от названия реки Наура, с берегов которой мои предки пришли в землю скифов.
   Жизнь моего народа была прекрасна, его девушки были стройны и очень красивы, а парни сильны и мужественны. От природы представители моего народа жили дольше обычных людей. Предки моего отца совместно возделывали землю яркими солнечными днями, а ночью парни с девушками обнимались на берегу Припяти, любуясь отражением звёздного неба и луны в водных заводях, или танцевали и пели древние песни, озаряемые пламенем костров.
   Умение превращаться в волков давало возможность иногда охотиться стаей, отец рассказывал что это уникальное чувство - когда ты загоняешь добычу, чувствуя тепло и сердцебиение своих близких и добычи. А более развитое обоняние и слух, в облике волка, давали возможность лучше изучить лес и услышать своеобразную и невероятно красивую мелодию леса, сливающуюся с ритмом сердец стаи, бьющихся в одном порыве. Почувствовать взаимосвязь всего живого на земле и связь всего живого с луной, освещающей целую Веселенную мелодий и ароматов, воплотившуюся в ночном прибрежном лесу.
   Эти мелодии ночного леса мои предки играли в полях, когда пасли скот, возле огромных курганов, в которых покоились их цари и близкие. Умение превращаться в волков было полезно и пастухам. Мой народ жил в гармонии с природой и окружающим миром, однако этой гармонии не суждено было длиться вечно.
   Соседние народы ненавидели моих предков, и если у них пропадали люди или волки утаскивали скот, был неурожай или болезни - во всем этом винили моих предков, немногочисленный, но отважный народ волколаков. И когда началось новое переселение народов и все были вынуждены сражаться за свою землю, соседи объединились и перебили большую часть моего народа. Оставшиеся в живых были вынуждены покинуть свои дома и скрываться в лесной чаще.
   С тех пор начался период позорного бегства и унижений. Как только люди узнавали, что рядом с ними живут волколаки, они пытались прогнать или убить их. Впрочем, небольшую часть волколаков взяли к себе некоторые племена - в качестве жрецов. Слухи о князе-волке привели моего отца к мысли, что это может быть правдой. А если полоцкий князь Всеслав действительно волколак, то, возможно, он возьмёт моего отца и его семью, под свою защиту, к себе на службу.
   К тому моменту жители соседних селений уже искали нашу семью для расправы. Казалось, со дня на день они нас найдут, и мои родители жили в постоянном страхе.
   - Мы не дикие звери, чтобы вечность жить в лесу и ждать облавы, нужно идти в Полоцк! -сказал мой отец.
   Уже отправившись с вещами по лесной тропе, мы увидели столб дыма, поднимающийся над лесом - это охотники нашли и подожгли наш дом. С этого и начался мой нелёгкий путь.
   Город Полоцк был на пике своего могущества, Полоцкое княжество процветало за счёт очень прибыльного торгового пути "из варяг в греки", который связывал Западный мир с блистательной Византийской империей. Полоцк встретил нас шумной суетой, никто не обращал на нас никакого внимания, город всегда был полон гостей: иностранных купцов, наёмников варягов, представителей многочисленных прибалтийских племён. Приехав в Полоцк, мы застали строительство Софийского собора, храма столь огромного и величественного, какого мне и моему отцу ещё никогда не приходилось видеть. Даже недостроенный, он поражал воображение своими масштабами, богатством и величием. Руководили строительством зодчие-византийцы. Специалистов из великой Византийской империи пригласил полоцкий князь Всеслав специально, чтобы построить этот храм и не уступать соседним богатейшим городам - Киеву и Новгороду, в которых также были построены Софийские соборы.
   Не менее величественным, чем город и Софийский собор, мне показался и сам полоцкий князь Всеслав. Он принял нас в большом ясеневом тереме.
   Внешний вид полоцкого князя был частью блеска его державы. Князь Всеслав был одет в длинный плащ из красного бархата - корзно. Плащ был застёгнут на правом плече золотой фибулой в форме головы волка, в глаза которого были вставлены изумруды, из-под плаща виднелась зелёная рубаха, рукава и воротник которой были обшиты шёлковой лентой и украшены золотой нитью и жемчугом. Шёлковые штаны князя были коричневого цвета, их украшали вышитые на штанинах два золотых грифона, обут князь Всеслав был в сапоги зелёного цвета. И плащ и сапоги князя покрывали растительные узоры, вышитые золотой нитью. На голове князя была полусферическая зелёная шапка с ободком из собольего меха.
   Но при встрече с Всеславом поражала не только роскошная одежда. Ещё молодой, князь имел суровые черты лица, которые словно дополняли холодные серые глаза с очень тяжёлым взглядом, видимо, доставшимся князю в наследство от его предков-викингов. Небольшой широкий шрам над бровью князя, полученный в войне со степняками торками, отражал богатый жизненный опыт Всеслава.
   Князь был высокого роста и на плечах его плащ покрывали длинные русые волосы.
   Всеслав сидел задумавшись, не обращая никакого внимания на введённых дружинниками в терем моего отца и меня с матерью. Но, несмотря на отвлечённость князя и его спокойный вид, во всём ощущалось напряжённая гнетущая обстановка под влиянием величественного и сурового вида Всеслава. Я же не мог оторваться от золотой звероподобной фибулы князя, детали, которая лишь подчёркивала напряжённую атмосферу в тереме.
   Всеслав был правителем огромной могущественной державы, чьи владения раскинулись на сотни километров, от прибалтийских городов Кукенойс и Герцике до окрестностей города Менска. Конечно, у столь значительного правителя, как Всеслав, было множество своих забот.
   Впоследствии мой отец вспоминал, что, когда молчаливые дружинники ввели его с семьёй в терем, и он очутился перед лицом отрешённого и сурового князя Всеслава, у отца внезапно ослабели и начали трястись ноги, язык онемел и сердце начало бешено колотиться.
   - Мне сказали, что ты хотел меня видеть, и у тебя есть какие-то важные новости из Киева, - гулко и жёстко произнес Всеслав, даже не посмотрев на моего отца.
   - Простите меня, ваша светлость, это был лишь повод, чтобы с вами встретиться, - дрожащим голосом сказал отец.
   - Вот как? Это уже интересно. Тогда скажи мне, калека перехожий, для чего ты хотел со мной встретиться? - раздражённо спросил князь Всеслав и перешёл на крик: - Для чего ты отвлёк меня от дел?
   - Я хотел попроситься к вашей светлости на службу, - запинаясь, ответил отец.
   - Неужели? И зачем ты мне нужен, нищий поберушка? - уже с усмешкой спросил Всеслав.
   - Я, моя жена и мой сын - мы потомственные волколаки, - обречённо, полушёпотом произнёс отец так, чтобы его услышал только князь.
   И тут Всеслав изменился в лице, он попросил дружинников удалиться из терема и подождать за дверью, оставив лишь одного дружинника по имени Ратимир. Затем князь Всеслав обошёл отца и меня с матерью, став вплотную к дверям в сопровождении Ратимира. Всеслав нас не боялся, но даже в случае непредвиденного развития событий, князь находился у дверей, открывавшихся наружу, за которыми ждала дружина, и Всеслав ничем не рисковал.
   - Чем ты можешь доказать, что ты волколак? - серьёзно и жёстко спросил Всеслав, наконец внимательно посмотрев на отца.
   Но мой отец растерялся, от волнения его прошиб пот, видимо, отец хотел что-то объяснить полоцкому князю, но вместо слов послышались лишь невнятные звуки дрожащего голоса. Тут вмешался дружинник Ратимир:
   - Ваша светлость, вы перепугали их до смерти, посмотрите на этого человека, - и Ратимир с усмешкой указал на моего отца, -- он не может ответить на ваш вопрос, как бы он сейчас вообще сознание не потерял.
   От слов Ратимира князь Всеслав улыбнулся, и угнетающая обстановка в тереме словно начала рассеиваться.
   - Как же мне всё это надоело, какими всё стали слабаками. Честный человек не должен бояться вопросов власти,- устало вздохнув, сказал Всеслав.
   - А честная власть тоже не должна бояться вопросов подданных? - с улыбкой спросил Ратимир.
   - Запомни Ратимир: власть не справедлива по своей природе, поэтому честной власти нигде и никогда не бывает! А теперь быстро приведи нашего незваного гостя в чувство, - уже суровым тоном сказал князь Всеслав.
   - Успокойся и соберись, у князя мало времени и он не любит людей лживых и всяких шарлатанов, твоё заявление очень необычное и требует доказательств. Можешь ли ты чем-нибудь доказать, что ты волколак, подумай, от этого зависит твоя судьба, - достаточно дружелюбным, но серьёзным тоном сказал Ратимир.
   От приободрения Ратимира отец несколько пришёл в себя.
   - Хорошо, я докажу! - все ещё с волнением, но уже внятно сказал отец.
   Моего отца начало трясти, в судорогах он упал и стал кататься по полу, его руки и голова вытянулись и покрылись шерстью, через мгновение отец превратился в огромного серого волка, к изумлению князя и Ратимира. От такого зрелища князь Всеслав машинально схватился за рукоять своего меча. Затем волка начало трясти, и после судорожных конвульсий мой отец снова превратился в человека и суетливо начал надевать на себя одежду.
   - Я слышал, что вы, ваша светлость, также умеете превращаться в волка? - осмелился спросить у ошарашенного князя отец.
   - Это не твоё дело, и впредь не задавай мне подобных вопросов, если хочешь жить. Но поскольку это в моих интересах, я тебе отвечу, что это правда. За свою жизнь я превращался в волка лишь пару раз, и то по глупости и молодости. И больше я не собираюсь этого делать никогда. На Руси и так ходят слухи, но пока это лишь слухи, а вот если появятся доказательства, у меня и у моей семьи будет масса проблем. И ты, поберушка, будешь молчать о нашем разговоре, иначе я расправлюсь с тобой и твоей семьёй.
   Услышав угрозы князя, отец покорно поклонился, а Всеслав продолжил:
   - Раз уж передо мной потомственный волколак, то и я задам тебе пару вопросов.
   - Спрашивайте, ваша светлость! - неуверенно сказал отец.
   - Известно ли тебе, откуда появились волколаки? Это проклятие или нечто другое? И я слышал, что волколаки живут дольше людей, но я старею, как обычный человек, что тебе об этом известно?
   - Светлейший князь, волколаки - это представители древнего народа, ныне почти исчезнувшего и забытого. Что касается появления волколаков, то у моего народа была легенда, объясняющая это, но в неё не верили даже мои предки. Если ваша светлость пожелает, я могу её рассказать, - сказал мой отец и посмотрел на князя.
   - Рассказывай! - сказал князь Всеслав, махнув рукой и переглянувшись с озадаченным Ратимиром.
   - Старые мудрецы говорили, что когда-то давно в соседних селениях жили парень и девушка, которых звали Линас и Гражина, они очень любили друг друга и хотели пожениться. Но Линас был беден и отец Гражины не хотел выдавать свою дочь за него.
   Однажды к девушке посватался местный очень богатый старый колдун Юргис, и отец девушки, вопреки её мольбам, отправил её в дом колдуна. Узнав о судьбе своей любимой, Линас не растерялся, собрал своих товарищей и выкрал Гражину перед самой свадьбой. Линас и Гражина укрылись в лесу и решили, что там же в лесу и поженятся, и тогда колдун от них отстанет, а отец девушки рано или поздно их простит.
   В день, когда на солнечной лесной поляне влюбленные играли свадьбу, собрав своих друзей и близких, к ним явился колдун со своими людьми. Увидев колдуна, Линас с друзьями взялся за оружие, готовый до смерти защищать свою любимую. Но колдун не собирался сражаться, подойдя к свадебному столу, Юргис сказал:
   - Вы выкрали мою невесту и забрали её в лес, словно волки добычу, так волками и оставайтесь!
   Сказав эти слова, Юргис перебросил через свадебный стол волчью шкуру, и Линас с Гражиной, вместе со всеми гостями, превратились в волков, а колдун исчез. Долго молодожёны и их друзья бродили по лесу в облике волков. Они подходили к селениям и капищам различных божеств, но их отовсюду прогоняли, и лишь жрица богини лесов Медейны, как только увидела эту стаю, сразу всё поняла. Жрица сказала им:
   - Вы волки, а бродите как потерявшийся в лесу домашний скот, проявите же отвагу. Скоро будет день полнолуния, и вам нужно в этот день найти волчью шкуру, брошенную колдуном. Затем вы должны убить колдуна и сжечь волчью шкуру до наступления темноты. Только тогда вы снова станете людьми.
   Линас с друзьями так и сделал, нашел волчью шкуру, выследил колдуна и напал на его дом ранним утром. Но Юргис бросился бежать, и на то, чтобы догнать и убить его, у стаи ушёл весь день.
   Поздним вечером, валяясь израненный на земле, Юргис смеялся над ними:
   - Думаете теперь всё закончится? Нет, в наших краях день короток и вы опоздали!
   После смерти колдуна, Линас и Гражина, вместе с родственниками и друзьями, вновь приняли человеческий облик, однако сжечь волчью шкуру до наступления темноты они не успели. Под светом луны волчья шкура превратилась в сверкающую пыль, которую разнёс ветер. После исчезновения волчьей шкуры у Линаса с Гражиной и их друзей осталась способность превращаться в волков по своей воле. Кроме того, вскоре они заметили, что стареют медленнее обычных людей. Так появились первые волколаки.
   Что касается вашего старения, светлейший князь, это видимо связано с тем, что в вас кровь волколака разбавлена кровью обычных людей, о подобных случаях мне рассказывали мои сородичи, - уже спокойно сказал мой отец.
   - Интересная языческая байка. Так что тебя с твоими родными привело в Полоцк? - жёстко спросил Всеслав.
   - Светлейший князь, на меня и мою семью постоянно устраивают облавы, мы вынуждены либо жить в лесной глуши, как звери, либо в постоянном страхе, и я бы хотел вместе с семьёй поселиться в Полоцке и верно служить вам.
   В тереме наступила тишина, полоцкий князь задумался, было видно, что князя Всеслава терзали сомнения, как с нами поступить. Всеслав посмотрел на меня и мою мать, наша семья в глазах князя должно быть имела жалкий вид, на лице моей матери читались отчаяние и безысходность, отец стоял в волнительном ожидании, опустив голову перед князем.
   - Как зовут тебя и твоих родных? - наконец нарушив тишину, спросил князь Всеслав.
   - Зовут меня Горислав, мою жену зовут Снежана, а имя сына - Светозар, - ответил мой отец.
   - Подойди ко мне, Светозар! - сказал князь.
   Я подошёл к Всеславу, и князь положил мне руку на плечо и сказал с улыбкой: - Крепкий у тебя сын, ну что, Светозар, будешь верно служить мне и моим потомкам?
   - Да, ваша светлость! - взволнованно и громко ответил я.
   - Ладно, Горислав, сегодня я потратил слишком много времени, выслушивая твои сказки. Видно язык у тебя подвешен, я беру тебя и твою семью к себе на службу, Ратимир покажет вам дом, где вы можете поселиться, но вы не должны как дикие звери бегать волками по городу, и не трогайте местный скот, не говоря уже о людях, и вообще, полочанам старайтесь попадаться на глаза как можно реже. Если что-нибудь учините или попадётесь по глупости, то и я вас не смогу спасти, с вами расправиться церковь.