Витрина
Журналов

Крис и Зазя №35

Комментарии
0

категория журнала | Литература

Обжора  
На протяжении всей своей недолгой жизни она не переставала набирать вес. Она могла бы сутками просиживать вблизи холодильника, набивая брюхо различной дрянью. При этом она двигалась довольно много, но это не мешало ей со стремительной скоростью пожирать все, что только попадало в поле ее зрения. Как бы паршиво мне было признаться в этом, но это я довел ее до такого состояния. Я даже в какой-то степени управлял ей. Власть над ее действиями и возможность решать ее судьбу не прекращалась ровно до тех пор, пока она не съела собственный хвост и не исчезла с экрана моего задрипанного телефона. Обожаю играть в змейку.  
 
Мой милый монстр  
Он был моим маленьким милым монстром и одновременно моим лучшим другом. Я никогда не переставал заботиться о нем, кормить его сырым мясом, которое он так обожал. Иногда, как мне казалось, он даже улыбался своим широким, зеленым ртом со множеством мельчайших острых зубчиков. Прикованный к одному месту, он нагонял страх и ужас на всех, кто только появлялся у меня дома. Сами посудите, чтобы вы испытали, увидев существо – не живое, не мертвое, не человека, не животное. Со стороны он выглядел весьма специфично и при этом вонял тухлым мясом, но я искренне любил его. Черт, однажды я даже учил его курить! И получалось у него вполне неплохо! Ровно до тех пор, пока он не загнил, и мне пришлось похоронить его на заднем дворе. Ибо просто так выбросить его бренное тело на помойку я не мог. Покойся с миром, друг. Покойся с миром, цветок-мухоловка.  
 
Путник  
Всю свою жизнь я находился в пути. Правда, дорога, по которой я ехал день и ночь, не отличалась разнообразием. Вам никогда не приходилось стремиться куда-нибудь без особой, видимой цели? Чтобы вашей целью была именно дорога? Момент прохождения от одной точки к другой? Каждый раз видеть новые лица и старые хорошо знакомые места. Именно таковой и была она – моя дорога. Конечно, чего еще хотеть, будучи поездом…  
 
Упс!  
Я спокойно сидел на диване, настраивая свою старую-добрую бас гитару. Теплый, в завихрениях пыли, солнечный луч упрямо струился через небольшую дырку в плотно задернутых, темных шторах. Внимательно прислушиваясь к звучанию инструмента, я не сразу расслышал тихие, осторожные шаги в коридоре. Чуть позже раздался шорох пакетов и мягкий голос:  
– Милый, я дома.  
Я хмыкнул, пожал плечами, отпил немного из бутылки с «Блекджеком», стоящей на низком столике. А тем временем шорохи из коридора постепенно перекочевали на кухню. Моя девушка пришла сегодня до странности рано.  
Вскоре до меня долетел дивный запах готовящейся еды и слабый писк вскипевшего чайника. Подзадориваемый голодом и желанием заключить любимую в объятия, я отложил гитару и прошествовал на кухню.  
Открыв дверь, я потрясенно застыл на месте. Пустое помещение с ободранными, закопченными обоями. Совершенно одинокое и унылое. Голое, если не считать стола, пары стульев, печки с двумя конфорками и старой раковины. Единственным обитателем здесь кроме меня был лишь худой паук Василий с одной оторванной лапой, поселившийся в углу. Странным взглядом я посмотрел в окно, где уже давно начался новый день. Интересно, почему я только сейчас вспомнил, что у меня нет девушки?  
 
 
Второй дом  
В очередной раз я брел туда, как на заклание. Я ненавидел это место, просто терпеть его не мог. Если бы не старые друзья и все возможные кульбиты, что мы вытворяли на переменах, я никогда не появился бы там. Да и в столовке можно вполне хорошо провести время, прогуливая уроки. Так думает всякий ученик, идущий в школу в восемь утра. Моим любимым предметом была история. Она была им еще, казалось бы, с самых начал времен. В те времена, когда я еще не планировал стать учителем в этой школе.  
 
Лучший друг  
Для меня он всегда был чем-то вроде друга. Всегда так приятно было прийти с концерта в три часа ночи, нетвердым шагом пройти в комнату, сесть рядом и поведать ему обо всем. Он всегда был рад выслушать меня, иногда посочувствовать. Он никогда не жаловался. Никогда не возражал на то, что я иногда приводил в квартиру девушек. Но я, конечно же, всегда делился и на утро мы оба были в слегка помятом состоянии. Один раз я даже чуть было не поджог его вместе с квартирой. Он сильно пострадал. И очень скоро, как это бывает, его не стало. «Другого такого как он не найти» – со вздохом думал я, идя в мебельный магазин за новым диваном.  
 
Необычное в обычном  
Это дверь в иной мир, где все кажется точно таким же.  
Это запертая в раме другая вселенная.  
Это то место, где ты всегда можешь быть собой и одновременно совсем другим.  
Это отражение тебя, точное до мельчайших подробностей и в то же время совершенно искаженное, иное, чуждое.  
В нем сидит другой ты, которого ты видишь каждый день и одновременно не знаешь о нем ничего.  
Это зеркало в твоем коридоре.  
 
Мои планы на будущее  
Может это покажется вам сущим бредом, но я планирую захватить мир. Да-да, именно – стать повелителем всего сущего, что есть на земле. Я планирую подчинять себе людей, играть их жизнями, порождать их зависимости, отуплять их, делать из них зомби и своих личных рабов. Целые миллиарды зомби. Представляете, какая это огромная армия? Какая это сила и мощь! И вся она будет в моей власти! Очень скоро прежнему миру придет конец. Скоро я захвачу его и он будет всецело в моей власти, ну а пока… я всего лишь телефон.  
 
Доктор?  
– Мда, я вижу, что пациент очень плох, – говорит доктор, глядя на больного, пластом лежащего в постели.  
– Что вы посоветуете, доктор? – спрашивает обеспокоенная жена пациента.  
– Нужно делать операцию, – ответил врач, в задумчивости склонив голову.  
– Вы уверены, доктор? – хрипит с постели умирающий.  
– Вне всякого сомнения, – доставая из кармана огромных размеров скальпель, отвечает доктор, – Что ж, приступим.  
– Как же это, прямо здесь? – оторопев, спрашивает жена, – А как же анестезия, как же дезинфекция?  
– Вы с ума что ли сошли? – оборачиваясь, раздраженно спрашивает врач, – Четырнадцатый век на дворе! Самый разгар чумы! Максимум, что я могу, так это сделать ему кровопускание и облепить пиявками! А вы тут мне какие-то заковыристые слова говорите? Лучше не лезьте, если ничего не понимаете в медицине, – и отвернувшись, чумной доктор сделал первый надрез на коже больного…  
 
Последнее письмо  
Вчера мне пришло последнее письмо от нее. Придя домой, я не очень удивился, не обнаружив ее дома. Ее постоянные отлучки с каждым разом все меньше продолжали меня беспокоить. Тем же вечером, зайдя на свою почту, я обнаружил одно исходящее письмо. Кликнув мышкой, я сразу понял – ничего хорошего из этого не выйдет. Я пропустил все ее излияния в этом письме мимо ушей, выделяя только самое главное. А самое главное заключалось в том, что она все таки решила меня бросить. Опуская подробности, письмо заключало следующее:  
"Прости, но я больше так не могу. Я устала от тебя и от твоего образа жизни, который ты ведешь. Ты никогда не ценил и не берег меня и я решила отплатить тебе тем же. И поэтому сегодня я съезжаю. Надеюсь больше никогда тебя не видеть. "  
И ниже подпись  
"Твоя крыша. "  
 
Повелитель синего пламени  
"Я самый могущественный человек на земле. Нет, не человек. К счастью ли, к горю ли, но я уж давно не человек. Я дух, я сущность, я существо. Я повелитель синего пламени. Я повелитель адового огня! Внемлите и молитесь на меня, о, смертные! " – думал я, готовя пельмени.  
 
Обитатель улиц  
Я ночую на улице столько, сколько себя помню. Разве что потому, что моя память стала отказывать около года назад. Днем я стараюсь слиться с домами и быть как можно незаметнее для всех, а ночью, наоборот, свечу своей физиономией, подыскивая неприятности для своего единственного уцелевшего глаза. Выживаю, как могу. Пребывая на улице, я стою вблизи скамейки неподвижно, будто памятник самому себе, который на самом деле неинтересен никому... Люди проходят мимо, птицы улетают и прилетают с юга. А я, как и другие фонарные столбы, остаюсь на месте.  
 
Друзья  
Хотелось бы немного рассказать о своих друзьях. Честно признаться, они – самое лучшее, что у меня когда-либо было. Я никогда не путешествовал без них, ведь они – лучшее, что может скрасить одиночество. Без них я чувствую себя уязвимым. Особенно, когда мы вместе едем в общественном транспорте. Тогда мира вокруг нас не существует – есть мир, состоящий лишь из их голосов. Они всегда оберегают меня от ненужных контактов с другими людьми, потому что завидя их, люди не спешат подойти ко мне. И тогда я наконец остаюсь целиком предоставленным самому себе. Так хорошо иметь под рукой надежные, беспроводные наушники.

Анонс следующего выпуска

елка