Витрина
Журналов

Казуши Сакураба "Я..." №7

Комментарии
0

категория журнала | Спорт

Full

Ах, милый Федимар. Я еду… в Шут Бокс!

«Можете отправить меня в Шут Бокс?».


Тогда я думал, что говорю это в шутку, но на самом деле это было началом дороги в новый дивный мир. 18 августа 2005 года я сделал это, я отправился в Шут Бокс - клуб, который базировался в Куритибе в Бразилии.


Бразилия настолько далека от Японии, насколько две страны вообще могут, мне потребовались целые сутки, чтобы туда добраться. Ненавижу большие самолеты. Особенно, когда тебя заставляют застегивать ремни безопасности во время международных перелетов. Это для меня самая настоящая пытка. Такое путешествие – настоящий геморрой, поэтому раньше я всегда отказывался от столь далеких поездок. Но в какой-то момент я открыл в Федимаре очень дружественную душу. Как тренер и как человек – он очень удивительный индивидуум. Он понимает чувства и потребности каждого бойца. Ах, милый Федимар! Перед перелетом в Бразилию у меня в голове крутилось только одно «Я снова увижу тебя». Если выразить мое настроение неравенством, то оно выглядело бы так:


«Я хочу повидаться с Федимаром» > «Я не хочу лететь на самолете»


Если я смогу выдержать тренировки под руководством Федимара, то долгое путешествие и подавно должно быть в моих силах. Я могу избавиться от всего стресса и почувствовать себя обновленным человеком. Я могу физически стать крупнее и научиться новому. Я хотел сделать многое в Бразилии. Это было мое первое путешествие в эту страну, но чувство неизведанного и какой-то осторожности начистую перекрывались моим любопытством и желанием новизны.


Я закончил пресс-конференцию в аэропорте Narita словами «Потому что я не хочу здесь больше оставаться». Я летел в Сан-Паулу с пересадкой в Нью-Йорке. Этот город сильно запомнился, так как Нью-Йорк – это настоящая каша из людей всех типов и размеров. Высокие и низкие. Толстые и худые. Путешествующие – все с разным телосложением, с разной одеждой, цветом кожи и т.д. Я почувствовал, как будто людей со всех уголков мира перемешали между собой. Это было как в Звездных Войнах. Такого не увидишь в Японии.


Двумя-тремя часами позднее я сел на второй самолет, летевший в Сан-Паулу. До Куритибы я добрался уже на маленьком самолете. Федимар, который приехал встретить меня в аэропорт, избавил меня от всего этого перелетного стресса, просто сказав:


«Пожалуйста, думай обо мне, как о твоем новом бразильском отце. Если у тебя будут проблемы – просто позвони».


Я был реально очарован Федимаром. Я стал немного понимать, почему вокруг него столько молодых талантливых парней. Я сделал свой первый шаг в зале Шут Бокс. Здесь уже было много парней, приехавших потренироваться. Атмосфера и гармония в зале живо напомнили мне мои школьные году и товарищеские отношения там. Я почувствовал, что их никто не заставляет тренироваться, и они получают истинное удовольствие от процесса. Меня поставили с Даниэлем Акасио (которому тогда было 26 лет) на тренировку выносливости и скорости. Пробыв довольно прилично в больнице и будучи в возрасте 36 лет, я не мог тренироваться особо сильно в первый месяц. После такого простоя было бы чудом, если бы я мог работать с той же интенсивностью, что и двадцатилетние ребята на тренировках силы и выносливости. Может, мне просто не повезло, но Даниэль Акасио был реально хардкорным парнем - он все время подгонял меня! Пока все вокруг работали легко, используя силы столько, сколько будет достаточно, мы с ним работали реально тяжело. Это был тот еще прием гостя. Я просто рухнул.


«Маландро!».


Пока я валялся на полу, все вокруг выкрикивали это. Похоже, «маландро» это португальское сленговое выражение означающее отступника (еретик, негодяй – прим. перев.). В каком-то смысле оно похоже на японское выражение «Onushi mo Waruyonou», которое можно слышать в фильмах про самураев. Я постоянно слышал это «маландро!» пока был в Шут Бокс. Если ты показываешь, что устал – «маландро!», если ты в спаррингах слишком много финтишь и не работаешь – «маландро!», если ты отстраняешься или опускаешь руки – «маландро!». Если перевести, то это слово примерно означает «Перестань, блять, уже помирать от усталости», «Перестать слишком много «умничать», «Тренируйся правильно». Если понимать его в таком значении, то это слово было просто создано для меня. Конечно, мы много спарринговали в зале. В Шут Бокс было много тренеров специализирующихся в разных областях и у нас были дни ударки, дни клича, дни ММА и т.п. в зависимости от дня недели.


Очень часто Шут Бокс называли клубом, в котором основным стилем является муай тай. Но тренировки ударки совершенно отличались от тренировок бойцов тая. Правильнее назвать этот стиль «Ударка для ММА», а не «Муай тай». На земле я смог провести один саб, а все остальное время стучал в знак сдачи уже я. Каждый раз я тренировался с новым партнером и просто было не возможно предположить, что будет делать следующий. И если работать слишком отчаянно, то это было все равно, что умышленно пытаться получить травму.


Большинство моих тренировок проходили так, как будто я приехал в Бразилию учиться тому, чтобы меня не избивали, как мешка. Тренировка с такими хорошими парнями позволяла брать их приемы на вооружение. Впитывать в себя их искусство. Но если работать, как тряпка, которой только и можно вытирать полы, то они подумают, что ты просто никто. Поэтому я приложил все усилия, чтобы засабмитить оппонента первым, и после этого, это была уже настоящая война. Я учился у спарринг-партнеров работе на земле, в стойке и другим навыкам.


Человеком, который заставлял меня постоянно корчиться в мучениях на земле, был Мурило Ниндзя. Его больше знают, как ударника, чем за БЖЖста, но его работа на земле была великолепной. В спаррингах он давил на тебя непрекращающимися атаками. Было просто невозможно его затормозить. Он силен и также обладает техникой. Я думаю, что его ММА-рекорд в скором времени пополнится большим количеством побед на земле.


«Мой бразильский папа» Федимар также много тренировал меня. Он постоянно занят чем-то, но, как только выдается свободная минутка, он едет в зал и сам держит лапы для парней, которым предстоит скоро драться. С таким менталитетом их тренера, его ребята всегда держат в голове «Тренер так далеко меня завел, так что я хочу достойно финишировать бой раньше гонга». Федимар на все сто верит в его ребят, и они со всем рвением пытаются оправдать ожидания. У них настоящее понимание между тренером и бойцами. В Бразилии я не чувствовал никакого стресса и на 100% уделял внимание тренировкам. Я даже не слышал, что творилось вокруг меня. С утра мы тренировали технику. Тренировки с весами начинались в 3 часа, а с 6:30 работа на лапах. Также мы плавали и тренировали кардио. Насколько я помню, последний раз, когда я был в состоянии настолько посвятить внимание тренировкам, был пока я жил в общаге в колледже с другими борцами. Я также хорошо прибавил в весе. Я не знал, как подействует на меня бразильская пища, поэтому привез с собой две коробки замороженных продуктов, риса и гейнера (в оригинале - жидкого заменителя пищи – прим. перев.). Но все это оказалось напрасно.


Бразильская еда завладевала моим языком и просто не отпускала. Примерно четыре раза в неделю я ел чурраско (аналог шашлыков или мяса на гриле – прим. перев.). Я вставал с утра и закидывался 2-3 порциями гейнера, затем ел обычную пищу на обед после утренней тренировки. И примерно через 2-3 часа после этого еще один прием жидкой пищи. После тягания весов я возвращался в отель и снова ел. И когда, наконец, заканчивалась вечерняя тренировка – пиво или вино. Чем больше мой желудок работал, тем я был в состоянии больше есть чурраско. Наконец, перед сном я употреблял еще 3-4 порции гейнера. Если я не спал, то не было момента, когда мой желудок был пуст. Мое тело начало расти. Или, я должен сказать, начало жиреть. Мое лицо припухло. Жир обрамлял мой живот. Было тяжко вставать с земли. Мое пузо мешалось, и я больше не мог провести армбар из гарда.


Было отчетливо видно, что я прибавил в габаритах, стал передвигаться с заносом. Если я собирался выйти на бой с весом 93 кг, то это значит, что в остальное время мне нужно было быть где-то 95-96 кг. Я даже не успевал произнести дальше первой буквы «д» в слове «диета», прежде чем набивал рот чурраско. Когда я садился на самолет в Бразилию, я весил 88 кг, к 28 сентября, когда я вернулся домой, я был все 93.