Витрина
Журналов

Интересная книга №40

Комментарии
0

категория журнала | Развлечения

Обычные люди

Отрывок из сборника «Дикие сказки»
Псевдо-сценарий художественного фильма

От автора

Агрессия захлестнула мир, самое страшное, что и пожилые люди становятся агрессивными. Мы были под защитой любящих предков, а теперь они, вместо того, чтобы нянчить внуков, заедают пирогами теле-убийства вперемежку с мелодрамами.
Не хочу, чтобы наши дети вели себя как «ОБЫЧНЫЕ ЛЮДИ» сегодняшнего дня

Сцена 1. Старый дом

Старый дом, «хрущоба», спальный район. Вид во всей красе. Серая, облупившаяся штукатурка, балконы с «объеденными» подошвами, деревянные, многократно крашеные рамы, двери в подъезды зеленого совдеповского, немаркого цвета. Растрескавшийся, вспученный асфальт, больные старые деревья, мусорные баки, полумертвая детская площадка. Сгнившая «песочница» и «грибок» над ней, полуразрушенные, кариозные зубы скамеек. Осень, листья уже не золотые — коричневые, но сухо. Небо облачное, без солнца.

Сцена 2. Старушки

На убогих скамьях примостились старушки. Укутаны. Шаль на пояснице, поверх пальто или на плечах платок, есть стильная, в берете и шубке. Под собой утеплитель: одеяло розовое байковое, вязаный половичок из обрезков ткани — «кружок», у «береточной» плед. «Собрание» расположилось возле второго подъезда, не угловой, значит, не дует, и скамейки две, одна против другой.
Типажи.
«Береточная» — нервная, тощая, волос мало, губы сморщенные, недовольной гузкой, накрашены ярко.
«Толстая» — кругом мешки, от глаз до лодыжек, брюзжит медленно и тяжело. Пальто на животе не сходится, подпоясана старым поясом от байкового халата, не в цвет, страдает одышкой.
«Молчаливая» — замкнута, больше слушает, кивает или отрицает головой, переживает справедливо лицом. Одета в «честное» советское, серое пальто и «удобные» «осенние» туфли.
«Правильная» — лицо добродушное, открытое, в меру пухлая. Смешливая, быстро воспламеняется, но легко уступает, защищает осуждаемых, расстраивается всерьез из-за «скамеечных разговоров».
«Обычная» — обычная тетка, не старая и не молодая, не злая и не добрая, похожа на вышедший из моды кошелек с двумя пимпочками — защелками. Прическа «гулей» на темечке, вокруг головы мохеровый шарф из бывших дефицитов (в крупную клетку), пальто-балахон не маркого цвета, с рынка, «слоновьи» ноги в полусапожках на высокой подошве (замки до конца не сходятся), толстые, крепкие пальцы с широкими ногтевыми пластинам. Не спорит и не уклоняется, сплетничает в меру.

Сцена 3. Новый жилец

Рабочие азиаты выносят мусор из подъезда, грузят в самосвал. Машину с мебелью, разгружают они же. Паркуется простенькая легковушка, из неё выкатывается низенький, крепкий пузан. Одет средне — прилично. По-хозяйски покрикивает на рабочих. Старушки до того шушукавшиеся между собой, обращаются к брюханчику:
— Вы новый хозяин из двадцать четвертой? Сосед наш?
«Колобок» смеется, он на все смеется, с разной эмоциональной окрашенностью.
— Нет, дамочки! Хозяин скоро будет, а я тут за всем присматриваю, — укатывается в подъезд.
— Это ж что за человек такой? Богатый?
— Где там, богатый?! Богатый не купил бы в нашей развалюхе.
— А что? У нас стены толстенные — тишина, потолки по три метра. Народу всего — ничего, машин нет. Скоро все квартиры в нашем доме богатые поскупают.
— Скоро нас всех закопают, а дом снесут. Вон, только в нашем подъезде сколь уже померло. Егорова из двадцать второй, лежит пятый месяц, из двадцать третьей, как её?
— Перепелкина.
— Перепелкина, глухая, как пень, уже третий год из квартиры не выходит. В двадцать первой никто не живет, почитай год. На моем этаже какие-то гастарбайтеры во всех квартирах. Уходят рано, возвращаются поздно. Хорошо хоть не орут, не дебоширят, — сквозь одышку выступает Толстая.
— Таджики, они смирные, непьющие, им Аллах не велит, — это Справедливая.
— Так, у вас там померли все старые жильцы, это их дети сдают? — подключается Береточная.
— Ну, да. Машкины….
Дальше обсуждение местных новостей и старостей.
Подъезжает дорогая машина, выходит «новый хозяин». Оценочный уровень — выше среднего, но чуть. Не сволочь, не дурак, так, пофигист. Мужчина в самом соку. Вежливо здоровается, почти проходит в подъезд. Береточная, очнувшись:
— Вы наш новый сосед?
Спокойно поворачивается.
— Да.
— Меня Вера Анисимовна зовут, — кокетничает. Сосед оценил, вспомнил все прочитанное.
— Позвольте представиться, Иван Николаевич, — почти не ерничает.
«Беретка» поплыла, собралась ответить, но тут вмешивается Толстая:
— Что ж вы, получше не нашли? Домик-то завалящий, снесут скоро.
— А мне тут нравится, тихо, воздух чистый, соседки хорошие, — подчеркнул.
Каждая отреагировала по-своему. А он скользнул в подъезд.
— Может и не снесут?
У каждой свои мысли, свое «лицо».
Продолжение следует.
Автор Н. Волохина: https://www.voloxina.ru/

Анонс следующего выпуска

История Снеговичка