Витрина
Журналов

Игорь Яковлев представляет №5

Комментарии
1

категория журнала | Литература


Наверное, я отрубился. Минут на пятнадцать. Была пятница. Ночь.
Её легкое прикосновение разбудило меня. Я приоткрыл глаза, пытаясь поймать хотя бы один предмет в темноте. Секунд через десять, когда глаза освоились, я увидел её, сидящей на кровати, спиной ко мне. Лена надевала лифчик.
Я немного приподнялся, включил настенную лампу. По комнате разнеся теплый приглушенный свет. Лена немного вздрогнула. Затем, через плече, посмотрела на меня. Без эмоций. Их просто не осталось. Она это понимала, я понимал тоже.
Снаружи был слышан шум проезжающих машин и чьи-то пьяные крики.
Лена не двигалась, просто тупо застыла на одном месте. Вздохнула. Рукой уложила светлые волосы назад.
- Ну? – спросила она.
- Ну, что? – сказал я.
- Ну, что мы будем делать?
- Ты сама знаешь ответ.
- Я хочу, чтобы ты это сказал.
- Ничего мы не будем делать.
Она посмотрела на меня, затем с улыбкой спросила:
- Спасать отношения – это не про нас, да?
- Совсем не про нас.
Лена тяжело вздохнула. Её глаза намокли, но ни одна слеза не прокатилась по щеке.
- Знаешь, - сказала она. – Это грустно. Ну, не в плане того, что наши отношения подошли к финальной точке. Всякое бывает. А в плане того, что мы просто перестали, чувствовать что-то друг к другу. Раз, и все. Все просто перешло на обычные инстинкты.
Она была права. Мы расстались ещё месяц назад. У неё не было чувств ко мне, а у меня к ней. И в этом не было ничего особенного. Люди встречаются, люди расходятся. Обычный порядок вещей. Единственное, что ни я, ни она не могли прекратить – это секс. Я хотел её, она хотела меня. И мы вдвоем понимали, что это не самая лучшая идея, после разрыва отношений, но против иррациональности двоих людей – не попрешь. Так мы месяц и проводили. Она приезжала ко мне и оставалась на ночь, а наутро я её провожал. И никаких чувств. Будто бы вы два незнакомца, но спите вместе. Но все равно это странное ощущение. Сначала ты что-то чувствуешь к человеку, а потом нет. И  причины таких изменений нет. Мы не сорились, не изменяли друг другу. Здесь не было вообще ничьей вины. Просто как будто кто-то нажал на переключатель, и всё. Никаких чувств. Лишь половое влечение и солидарность по поводу того, что все остыло.
- Наверное, мне не стоило сюда приходить. – Сказала она.
- В прошлый раз ты тоже так говорила.
- Да и позапрошлый. А что толку?
- Не приходи в следующий.
- А ты просто дверь не открывай в следующий раз.
- Я же джентльмен.
Она в шутку лягнула меня:
- Ага, конечно. Джентльмен.
Мы обменялись улыбкой, которая продержалась секунд пять. Затем отвели  взгляд. Я сказал:
- Мы же знаем, что когда-то это должно закончиться. Давай сделаем это прямо сейчас. Иначе…
- Иначе…? – спросила она.
- Нет забей. Не хочу об этом говорить. Просто закончим, и всё.
- Иначе? Там была какая-то теория.
- Не бери в голову.
- Сказал А, говори Б.
Мне хотелось просто сказать «Б», что автоматически бы превратилось в мою глупую шутку, отголоски которой потом раздавались в тишине. Но я так не сделал. Я сказал ей другое «Б».
- Иначе мы бы превратились в такую типичную парочку, которая путает половое влечение с любовью, затем они женятся, заводят детей. Держаться так лет пять от силы, после чего делают все на автопилоте. Ну, знаешь…
- Имитируют хорошую семью?
- Отлично сказано. Да. Имитируют хорошую семью, но на самом деле каждый из них не счастлив, и они проклинают свою жизнь, самих себя за то, что совершили ошибку, перепутав обычную страсть с любовью. Но деваться теперь не куда: дети, ипотека, секс раз в месяц, совместные любимые телешоу.
- Думаешь много таких?
- Думаю, да
- Если мы будем продолжать видеться, то станем такими?
- Мы же не просто так видимся.
- Но мы же понимаем, что секс – это секс. Мы же не называем это любовью.
- Это сейчас. В дальнейшем это будет похоже на то, что мы встречаемся. Что как будто мы попробовали ещё раз. Но и я и ты, будем понимать, что это не так. Каждый сам себя будет обманывать. А потом кто-нибудь из нас перепутает страсть с так называемой любовью.
- А потом дети, ипотека, секс раз в месяц, совместные любимые телешоу?
- Верно. Поэтому нам лучше закончить это сейчас. Дальше будет только хуже. Мы будем продолжать видеться. Это войдет в привычку. Ты станешь привычкой, я стану привычкой. Человеку свойственно привыкать к чему-то однотипному.
- Думаешь, между нами больше ничего не может возникнуть?
- Ты слишком много хочешь знать, о чем я думаю.
- Ты уходишь от вопроса. Между нами больше ничего не может возникнуть?
- Ты имеешь в виду, в плане чувств?
- Да.
- Возможно да, возможно нет. Все может быть. Но ты хочешь быть в ожидании этого возможно «да»?
- Нет. Не хочу.
- Я тоже. Поэтому лучше прекратить это сейчас.
- Ты прав.
- Так что давай сейчас ляжем спать, а на утро пожмем друг другу руки?
- Пожмем друг другу руки?
- Ага. Ну, так. По приятельски.
- Ты не выносим. Ты знаешь это?
- Ну, так что скажешь? 
- Нет.
- Нет?
- То есть да. Давай это сделаем. Только не завтра. Сейчас.
- Окей. Я закажу такси.
- Я схожу в ванную. – Сказала она и поцеловала меня. Не думаю, что она что-то почувствовала, потому что я не почувствовал ничего.
Она вышла из комнаты. Я услышал легкие шажки, затем звук двери, и через пару секунд звук воды из открытого крана.
Я надел джинсы. Взял со стола телефон и пачку сигарет. Вышел на балкон и закурил.
На улице было темно. Свежий августовский ветер дул в лицо. Я позвонил и заказал такси. Сказали, что будут через полчаса.
Положил телефон в задний карман джинс.
Через десять минут Лена составила мне компанию на балконе. Она подошла ко мне. Я сказал, что такси будет через полчаса. Она просто кивнула и прижалась ко мне. Я дал затянуться ей сигаретой. Она неумело выдохнула дым. Потом посмотрела в мои глаза. Я притянул её к себе, и поцеловал. Серьезно, это не чувства. Просто инстинкты. Она повисла у меня на шее, я прихватил её за ноги, и повел обратно в постель.
Через полчаса позвонил таксист. Волосы Лены были растрепаны. Я смотрел на её грудную клетку, которая медленно то поднималась, то опускалась в такт. Хотя... кого я обманываю. Я просто пялился на её грудь.
Мы прошли в прихожую. Я надел кофту, натянул кроссы. Она надела свой черный кардиган. Взяла сумку. Мы вышли из квартиры, я закрыл дверь. Мы не опрокинули ни слова. Зашли в лифт. Спустились на первый этаж, и вышли из подъезда.
Сразу увидели такси, и подошли к нему. Я дал водителю деньги. Потом приоткрыл заднюю дверь для Лены. Она посмотрела внутрь машины, затем на меня.
- Это всё? – спросила она.
- Полагаю, что да.
Я смотрел на неё. Мы повстречались с ней два года. Мы любили друг друга, но теперь уже нет. Мы не расстались из-за какого-то скандала. У нас все было хорошо. Она мне действительно нравилась. Она не просто красива. С ней было о чем поболтать. Мы быстро спелись. Она не была глупой. Не была наивной. Не была стервой. Не была черствой, но и не была через-чур милой. Все было уравновешенно. Казалось, что с ней все всегда будет хорошо.  А потом ты уже не думаешь об этом. И даже не знаешь почему. Она не стала мне противна или ещё что-то в таком духе. Просто как-то перестало резонировать.
 Забавно. Мы признались друг другу в любви в один момент. Я это сказал, и в этот же время она это сказала. Три заветных слова. Месяц назад я сказал, что больше к ней ничего не чувствую, и в это же время, в тот же момент, она сказала мне тоже самое. Получилось слово в слово. После этого мы даже улыбнулись такому совпадению. И теперь, посреди этой ночной улицы, я прощаюсь с девушкой, к которой больше ничего не чувствую. Все по-честному. Никаких разбитых сердец.
Я убрал за ухо её упавший светлый локон. Таксист спросил, едем мы или нет. Я попросил, чтобы он подождал одну минуту. Подошел к Лене и прижал к себе. В один момент я поймал себя на мысли, что не хочу её отпускать. Что, возможно, мы бы могли все начать с начала, а если бы не получилось, то могли бы стать хорошими друзьями. Но это обманчивая мысль. Минутная слабость, основанная на воспоминаниях о прошлом. Мимолетное мгновение, после которого, все пойдет так же. Мы просто ничего не будем чувствовать к друг другу, затем условимся, что станем друзьями, но из этого ничего не выйдет, потому что бывшие любовники никогда не смогут стать друзьями. Это миф. Я это понимаю. Она это понимает. Я разжал свои объятия. Она посмотрела на меня:
- Я сейчас боялась, что попрошу тебя дать нам шанс.
- Ты правильно сделала, что не попросила.
Она улыбнулась:
- Помнишь, ты как то сказал, такую фразу, что мы с тобой две бесчувственные машины?
- Я говорил это в шутку.
- Я знаю. Но все равно. Я не хочу быть бесчувственной машиной.
Я улыбнулся:
- Ты ей и не будешь. Просто сейчас так сложилось. Это не значит, что в своих последующих отношениях, или во взаимоотношениях со всеми людьми ты будешь бесчувственной машиной.
- Мне действительно жаль.
- Перестань. Было бы обидно, если у кого-то одного остались чувства. А так - ничего сложного.
- Не знаю. Все равно как-то не клёво прощаться. Все-таки это сложно.
- Прощаться не сложно. Просто говоришь «Пока». И все.
Она улыбнулась. Подошла ко мне. Поцеловала меня на прощанье. Затем на ухо мне сказала:
- Я хочу, чтобы ты не был бесчувственной машиной. Я имею в виду в дальнейшем.
- Со мной все будет хорошо.
- Я надеюсь на это, – сказала она. Затем залезла на заднее сиденье. Посмотрела на меня. Улыбнулась. Водитель спросил, не поедет ли с ними молодой человек.
Лена не отводила от меня взгляда. На её лице появилась хитрая улыбочка. Я уже знал, что она ответит водителю. И она знала, что я знаю. Она кончиком языка облизнула верхнюю губу и сказала:
- Нам с молодым человеком теперь не по пути.
И с этими словами закрыла дверь. Машина тронулась и стала выезжать со двора.
Бесчувственная машина – звучит забавно. Я провожал такси взглядом. Ни грусти. Ни печали. Ни сожаления. Вообще ничего. Это пройденная история.