Витрина
Журналов

Хроники Ветра №1

Комментарии
0

Хроники Ветра


Кто я? Кем являюсь? Не знаю. Мне казалось что, последние события моей жизни могут показаться интересными. Упустим реальные имена, для простоты и удобства называйте меня Шу.
Я родился городе над вольной Невой. Мне всегда нравился этот город. Даже больше: я люблю его. Позднее, когда мне пришлось поехать в Москву, во мне лишь укрепилась любовь к моему родному городу. Бизнес-центр же всея Руси показался мне слишком суетливым. И даже когда я обдалбывался травкой на окраине Москвы, ощущение неуюта и тотально урбанизации не покидало мой затуманенный смогом и веществами разум.
Так вот он я: родившийся в культурной столице мальчик, в семье матери одиночки. Мой отец избегал меня и не разу даже не увидел, а спустя год и вовсе был убит. Но меня это не особенно волновала. Как могут волновать лишь слова, о том, чего ты никогда не видел и не чувствовал. Моя мать была из тех женщин, которые в душе аристократки. Хотя ее сознание всегда скакало по всяким околоэзоторическим течениями. До сих пор удивляюсь, как мы тогда не угодили в секту и не погрязли в свете какого-то нового "Бога".
Я рос, меня воспитывала бабушка и мать, которая постоянно пропадала на работе чтобы прокормить свое чадо. Мне отчетливо помнится первый мой осознанный день. День когда я открыл глаза и осознал себя. Шу тогда было около шести лет и он с интересом разглядывал комнату съемной квартиры, в которой проживал. Это удивительное ощущение которое нельзя забыть. Когда смотришь на что то и не узнаешь это, но в глубине сознания всплывают воспоминания, и ты понимаешь, что это твоя мама, это кровать, на которой ты спишь и слушаешь мамины сказки.
Потом садик. Мальчуган с копной каштановых волос и карими глазами вошел в свой первый социум. Единственное, что мне помнится: это как меня заставляли есть тарелку с манной кашей, в которую я потом благополучно с блевал. Ненавижу манну.
Вот и школа. В первых классах я был озорным мальчишкой, который доводил своих учителей до слез. В более поздних классах, коротышку Шу унижал и бил один его одноклассник. Но потом произошел взрыв гормонов, и коротышка Шу начал расти. Нет, он не ответил всем хулиганам - просто унижений стало меньше в связи с уходом в другую школу.
Вот мы и подбираемся к началу этой истории. Мне уже было шестнадцать лет, я верил в любовь до конца, не пил и не курил и верил в первый секс только после свадьбы. Но детские принципы были разбиты почти в одночасье, когда я попробовал алкоголь, начал курить и оставалось совсем чуть-чуть до моего первого раза.
Это было летом. Да и там была та самая, любовь всей жизни - и все дела. Лана, прекрасная девушка с красивыми зелеными глазами и удивительным голосом. Именно в него я и влюбился. Иногда она смотрела на тебя: как будто в душу, и ее красивый звонкий голос дергал ниточки твоей души.
Была ночь, мы небольшой компанией поехали на дачу к моей воздыханной. Но в итоге прошляпили поезд до нужной станции и сели на другой. Тот ехал только до середины пути, там-то мы и решили подождать до утра и, дабы скрасить время ожидания, закинулись изрядной порцией алкоголя.
Я помню, как бежал за ней, а она убегала задорно смеясь. Как сорвал цветы и, дыша перегаром, протягивал ей. Помню, как мы пытались найти попутку, но в итоге вернулись на станцию. И, конечно, не забуду, как мы с Ланой нашли место уединения на территории церкви. Ох. Это было незабываемо! Ночь, мокрая и холодная трава под вами, и в конце процесса совокупления ты уже продрог до нитки, трясясь, как мокрая собака. Помню, как в процессе того вожделенного, чего ждал всю свою жизнь, ляпнул полную чепуху и прервал акт осквернения святой земли. Этот короткий диалог запомнился мне дословно:
-С тобой как то не так.- Почти выдохнула она. -Как то, лучше. Не знаю...
-Ты так всем говоришь, с кем занимаешься сексом?- Ляпнул я, не успев подумать. Естественно она обиделась и ушла, а я мешал ей уйти, пьяно орав на всю округу. Конечно, все образумилось, мы помирились спустя короткое время. Единственное, что до сих пор вызывает легкую улыбку, так это то что она забыла там свои трусы. Мы их не нашли, было темно. Помню, как потом смеялись и представляли сцену, как какой-нибудь священник нашел эти самые трусы на территории церкви...